Влияние последствий землетрясения и цунами в Японии на АЭС

13.03.2011

Владимир ЧИСТЯКОВ, бывший главный инженер ОАО «НИАЭП» (Нижегородский Атомэнергопроект):

Дело в том, что в Японии пострадали реакторы еще первого поколения, построенные до аварий на АЭС «Тримайл-Айленд» в США и на Чернобыльской АЭС. И в них нет пассивных систем безопасности, которые есть на современных АЭС. Кроме того, в них одноконтурные схемы, то есть там радиоактивный пар идет от турбины. И если турбины не работают, то нет другого выхода – не работают системы охлаждения. Не остается ничего, как сбрасывать пар в атмосферу, что они и делают. На наших станциях, даже в сейсмоопасных районах, например, на той же Армянской АЭС, такие последствия невозможны.

Авария на Фукусиме показывает, что устаревшие атомные станции нужно, безусловно, менять на новые. Сейчас широко внедряются активные и пассивные системы безопасности на АЭС. На наших проектах АЭС-2006 вода вообще не нужна, на таких проектах, как Нововоронежская станция, тепло может отводиться прямо в воздух без участия каких-либо внешних источников водоснабжения.

Можно ставить на старые реакторы новые системы безопасности, но это невыгодно. Дешевле построить новый объект. Тем более там уже выработан ресурс. Чтобы реконструировать объект, нужно несколько лет и продление ресурса. И к тому времени, когда на атомную станцию внедрят новые современные системы, она окончательно выработает свой ресурс. Его даже продлить нельзя будет. Поэтому уже сейчас необходимо решать вопрос о выводе из эксплуатации таких реакторов первого поколения, которые надо менять на новые. Заниматься бесконечным продлением сроков эксплуатации до 100 лет, как предлагают американцы, невозможно. Во-первых, это невыгодно экономически, а во-вторых, нельзя сбрасывать со счетов и фактор старения.

На всех наших станциях после Чернобыля были проведены дополнительные исследования возможных аварийных ситуаций и путей их преодоления. Поэтому на всех без исключения станциях модернизация была реализована дополнительно. Не только старого типа РБМК, а вообще на всех реакторах что-то новое внедряли.

Я думаю, что Япония от атомной энергетики после аварии не откажется. Случившееся на Фукусиме-1 показало, что не все было хорошо продумано. И это естественно, потому что блоки вводили в эксплуатацию 40 лет назад, когда не было еще современных норм и требований к сейсмоустойчивости. Поэтому к АЭС подходили примерно с теми требованиями, что тогда существовали в отношении тепловых станций. Я думаю, что делай они сейчас эти блоки, то все было бы совершенно по-другому, и станции были бы абсолютно безопасны. Землетрясение, точнее его последствия, станут катализатором, который подтолкнет японцев к замене старых блоков на новые, а также к к дальнейшему развитию пассивных каналов безопасности. То, что они сейчас имеют, это достаточно легко преодолимо.

Все наши российские АЭС рассчитаны на определенную сейсмичность, которая отдельно вычисляется для каждой площадки и каждого блока. На каждый объект определяется возможная сейсмическая опасность, и, исходя из этого, делается конкретный проект.

В то время, когда мы начинали заниматься Армянской АЭС, которая не пострадала от Спитакского землетрясения, вообще никаких нормативов не было. Мы для изучения сейсмической устойчивости подобного рода объектов подключили тогда массу научных организаций. Как раз на примере Армянской станции началось исследование сейсмоустойчивости. Там наиболее ответственные объекты, например реакторное отделение, сделаны с большим запасом, чем существующие сегодня нормативы. И до, и после спитакского землетрясения на станции изменялись некоторые характеристики и проводились определенные мероприятия по усилению, с которыми согласилось потом МАГАТЭ. Эта станция по сравнению с другими, например в Восточной Европе, и сегодня соответствует современным требованиям по сейсмостойкости.

Все современные станции делаются по новым требованиям, поэтому они не требуют дополнительной модернизации и усиления. Каждая станция проектируется с учетом того гипотетического воздействия, которое может быть на той площадке, где она находится. Нормы, которые действуют и у нас, и во всем мире, исходят из того, с какой сейсмоопасностью надо проектировать объект. Сегодня принято, что вероятность воздействия должна быть такой, которая может произойти один раз в 10 тысяч лет. С учетом такой сейсмичности проектируется каждый объект. Это для того, чтобы безопасно остановить станцию. Для того чтобы АЭС работала при сейсмоопасности, берется вероятность воздействия один раз в сто лет.

Рубен ТОПЧИЯН, заместитель генерального директора – директор по проектированию ОАО «Атомэнергопроект»:

Пострадавшие в Японии блоки старше, чем те, что были в Чернобыле и ТримайлАйленде. У нас станции такого возраста после чернобыльской аварии прошли широкомасштабную модернизацию. Что сделано в этом плане в Японии, нам не известно. Мы, когда продлевали их срок эксплуатации станций – с 1998 по 2002 гг. – видели на станциях очень много систем безопасности, связанных с тем процессом, который произошел в Японии. У нас на АЭС есть несколько систем, которые включаются одна за другой в случае возникновения ситуации блэк-аута, полностью исключая возможность такого развития событий, как в Японии.

При продлении сроков эксплуатации мы исходим из ресурса оборудования, получаем подтверждение конструкторов, которые говорят, сколько времени они могут гарантировать безопасность сверх проекта. То есть любое продление – это итог масштабной работы массы специалистов.

В Японии сейчас не то событие, которое может их заставить отказаться от использования атомной энергии. Кроме того, в случае отказа страна полностью будет зависеть от импорта энергоресурсов. А по тем данным, что есть в СМИ, реактор находится под контролем – сохранились все необходимые для его дальнейшей работы системы. Никакой катастрофы не произошло.

Что касается новых блоков, которые строятся в России и в других странах, то они имеют совершенно иное качество. Сегодня тенденция во всем мире одна – усиление систем безопасности. И, разумеется, при проектировании станции и поиске площадки для ее строительства обязательно рассчитывается и учитывается уровень сейсмической опасности. Не бывает такого, чтобы этот вопрос вообще не рассматривался, так как это один из критериев безопасности. Если предполагаемая для строительства площадка ему не соответствует, то АЭС там не построят. Причем при продлении сроков эксплуатации внимание уделяется и сейсмической устойчивости объекта, которая со временем может изменяться. И мы обязаны это учитывать.

Владимир КУЗНЕЦОВ, ведущий научный сотрудник Экологического центра Института истории естествознания и техники РАН, доктор технических наук, член Общественного совета Госкорпорации "Росатом":

В Японии пострадали реакторы первого поколения. Во многом эти реакторные установки не соответствуют современным представлениям по безопасности в атомной энергетике.

Авария на АЭС «Фукусима» показывает всему миру, что сейчас необходимо решать вопрос о выводе из эксплуатации таких реакторов, т.е. менять их на новые.

Россия по результатам аварии на Чернобыльской АЭС провела работы по модернизации подобных реакторов, а где этого было сделать нельзя, реакторы остановлены и ведутся работы по выводу из эксплуатации (Белоярская и Ново-Воронежская АЭС).

По всему миру повсеместно ведутся работы по продлению сроков эксплуатации энергоблоков АЭС, но бесконечным продлением заниматься нельзя, потому что, во-первых, есть фактор старения материалов, а во-вторых, невозможно на старые реакторы поставить новые системы безопасности.

Сейчас это урок всему миру – надо оперативно заменять старые мощности, реакторы первого поколения. Именно по этому пути идет Россия, строя новые АЭС взамен остановленных. На современных АЭС возможность инцидентов, подобных случившемся в Японии, практически исключена.

Эксперты уверены, что российскому Дальнему Востоку авария на АЭС в Японии не угрожает

Опасности для российского Дальнего Востока из-за аварии на АЭС в Японии нет. Как говорится в сообщении Росатома, даже самый пессимистичный сценарий развития ситуации не предполагает трансграничного перемещения газообразных продуктов деления, которые привели бы к повышению радиационного фона на Дальнем Востоке России до уровня, способного оказать влияние на здоровье населения (до 10 мЗв) и требующего проведения специальных мероприятий.


Александр БОРОВОЙ, начальник лаборатории проблем Чернобыля РНЦ «Курчатовский институт», пояснил порталу Центр энергетической экспертизы, что на японской АЭС произошел серьезный инцидент, который называется аварией с потерей теплоносителя. "Все пытаются сравнить ее с Чернобыльской АЭС, – подчеркнул он, – но чернобыльская авария совершенно другого типа и последствия были совсем другими. Ближе всего ситуация с японской АЭС будет к произошедшему на американской АЭС «ТримайлАйленд» – там практически вся радиоактивность осталась внутри, это не сопровождалось ни человеческими жертвами, ни облучением, хотя жители, в панике покидающие этот город, создали очень много автомобильных аварий".

Специалист подчеркнул, что "Япония – очень рискованная страна с точки зрения природных катаклизмов". Однако "для нашего Дальнего Востока опасности эта авария не представляет. Конечно, нужно следить, конечно, нужно мониторить, и все наши организации этим занимаются, кстати, в той же Японии нет такой системы как у нас", – говорит Александр Боровой. Самое важное, по его словам, "что японское население не будет сильно задето, а наше население вообще ничего не почувствует".

Что же касается российских атомных станций, заявил Центру энергетической экспертизы Дмитрий ШКИТЕЛЕВ, главный инженер ОАО НИАЭП (инжиниринговое подразделение Росатома,которое отвечает за проектрование атомных станций), то все проекты АЭС сейчас строятся с учетом уровня сейсмической активности площадки. "Наши станции находятся в зонах низкой сейсмоопасности", – подчеркнул Дмитрий Шкителев. Кроме того, все оборудование проектируется с расчетом гипотетического сейсмического воздействия. На самом оборудовании предусмотреныгидроамортизаторы. "Это все предусмотрено для того, чтобы исключить негативное воздействие землетрясения", – сообщил специалист. Наконец, "наши новые ядерные реакторы, в отличие от Чернобыльской АЭС, оборудованы герметичной оболочкой. Если что-то происходит и что-то выходит из первого контура, то существует саркофаг, внутри которого остается вся радиоактивность, и исключает возможность выхода радиоактивности за его пределы и воздействия на природу и население", – заявил главный инженер ОАО "НИАЭП".


Центр энергетической экспертизы energy-experts.ru


Авторизация


регистрация

Размещение видеороликов

События

13.12.2019
Журнал «Бурение и нефть» на Всемирном энергетическом конгрессе в Абу-Даби
The World Energy Congress was held at the Abu Dhabi Подробнее »

14.11.2019
XIV ежегодная конференция Нефтегазшельф – 2019 пройдет 5 декабря в Москве Подробнее »

06.11.2019
ПЭСМ’2019 — конференция по вопросам развития арктической зоны Подробнее »

05.11.2019
XIV Национальный Конгресс «Модернизация промышленности России Подробнее »

24.10.2019
30 октября в Москве состоится встреча нефтесервисных компаний и заказчиков Подробнее »

Другие
новости »

Конференции, выставки

Другие
конференции
и выставки »

Рейтинг@Mail.ru

admin@burneft.ru