Почему производители сланцевой нефти не откликнутся на призыв ОПЕК

19.10.2017

Генеральный секретарь Организации стран-экспортёров нефти (ОПЕК) Мухаммед Бадкиндо обратился к компаниям, добывающим сланцевую нефть в США, с призывом «разделить с нами ответственность со всей серьёзностью, которой требует ситуация». В обращении он призвал компании из США присоединиться к соглашению ОПЕК+ по сокращению объёмов добычи нефти. О ситуации на рынке нефти — в материале «ОГ».

Заявление прозвучало на фоне прогнозов аналитиков, что в этом году добыча сланцевой нефти в Америке вырастет на 10 процентов и превысит объём в 10 миллионов баррелей в сутки. Однако шансы, что хоть кто-то из заокеанских производителей нефти последует этому призыву, ничтожно малы. И вот почему…

ОПЕК, щука и рак

Влияние ОПЕК сильно преувеличено. Сухая математическая статистика предлагает нам считать, что входящие в картель страны контролируют на сегодня около 2/3 мировых запасов нефти и приблизительно 40 процентов от всего объёма её добычи в мире. Но картель неоднороден, и страны, которые в нём состоят, зачастую имеют прямо противоположные интересы. Эта неоднородность приводит к тому, что при падении цен на нефть наиболее бедные страны вынуждены добывать и продавать значительные объёмы «чёрного золота» для поддержки минимального уровня социального обеспечения граждан. Поэтому на сегодняшний день ОПЕК не в состоянии контролировать добычу внутри картеля.

По закону бумеранга

Американская революция в добыче сланцевой нефти была неслучайна. Причину низких цен стоит искать в кризисе, начавшемся 7 октября 1973 года. В этот день Катар, Сирия, Саудовская Аравия, Тунис, ОАЭ и другие арабские страны прекратили поставки нефти США и их союзникам, поддержавшим Израиль в ходе войны Судного дня. В результате в течение года цена на неё поднялась с трёх до двенадцати долларов за баррель.

Это вынудило правительство США уже с конца 1970-х годов предпринять действия по уменьшению зависимости от поставок энергоносителей. Одним из направлений этой политики был поиск нетрадиционных источников нефти и газа. Для стимулирования развития технологий были использованы налоговые льготы и проведена реструктуризация отрасли. Через 35 лет эта политика принесла плоды — накопленные знания и технологии позволили совершить прорыв в нефтедобыче, выведя сланцевую нефть на совершенно иной уровень.

Кроме льготного налогообложения, необходимо упомянуть конкуренцию в отрасли и простоту получения разрешений на геологоразведку и лицензий на добычу углеводородов. Доступ к лицензиям имеют не только крупные, но и мелкие и средние компании, которые, получив её один раз, могут проводить работу в любом месте по своему усмотрению.

Но самое основное, что позволило быстро развиваться индустрии — права частной собственности на природные ресурсы. По закону, собственник участка автоматически является владельцем всех природных ресурсов на этом участке.

Ещё одним фактором снижения расходов для компаний из США может стать выполнение предвыборных обещаний Дональда Трампа. Он агитирует за полное снятие ограничений на деятельность сланцевых, нефтяных и угольных компаний во всех сферах, начиная с природоохранной. Администрация прорабатывает документы об отмене установленных Бараком Обамой экологических требований. По мнению Трампа, это позволит нарастить добычу и компенсировать потери от снижения цен. В своих выступлениях глава Белого дома часто ссылается на нефтяное эмбарго 1973 года, выдвигая лозунги построения «новой энергодержавы».

Стоит ли нам играть в эту игру?

Россия присоединилась к сделке с ОПЕК, добровольно согласившись ограничить нефтедобычу для устойчивости цены на нефть. Соглашение будет действовать до мая 2018 года, и при отсутствии договорённостей с американской стороной будет означать для наших компаний только потерю доли рынка.

Об этом недавно прямо заявил первый заместитель генерального директора компании «Газпромнефть» Вадим Яковлев. «Компании, участвующие в соглашении (ОПЕК+), платят разную цену. Эффект для всех одинаковый, но вклад компаний в сделку — разный. Это связано с возможностями игроков рынка по увеличению добычи — мы имеем такую возможность и вынуждены наступать на горло собственной песне», — сказал он в интервью агентству Рейтер.

Инвестиции российских компаний в разработки новых месторождений нефти и газа составляют миллиарды долларов. Совокупная инвестиционная программа Газпрома (куда входит и подконтрольная Газпромнефть) составляет 910 миллиардов рублей. Роснефть планирует инвестировать 1,3 триллиона рублей в 2018 году на освоение и ввод в строй новых месторождений — Сузунского, Лодочного, Русского, Куюмбинского, Юрубчено-Тохомского и других, проводя экспансию от Кубы до Ирака. Естественно, что добровольные ограничения по нефтедобыче отрицательно влияют на сроки окупаемости проектов и тормозят развитие индустрии.

Нам стоит задуматься и об использовании американского опыта в части либерализации рынка — у нас отсутствует конкуренция на многих направлениях. В Соединённых Штатах обслуживанием нефтяных скважин занимается множество средних и мелких компаний, которые конкурируют между собой, снижая стоимость услуг и повышая качество работ. Это позволит в значительной степени снизить цену себестоимости барреля нефти на месторождениях.

По мнению Семёна Голодкова, руководителя нефтесервисной компании Burkan, у нас есть технологичные компании, но их мало. Конкуренция и новые разработки позволят существенно сократить нормо-часы работ и повысить эффективность добычи нефти. Все сервисные услуги нефтегазовой отрасли вообще имеет смысл перевести на российские компании, потому что принципиально у нас и близлежащих партнёров — Белоруссии и Казахстана — всё есть. Отечественное оборудование ненамного уступает в технологичности, но выигрывает в цене. Вопрос о том, стоит ли нам играть в эту игру, остаётся открытым.

Мнение

Тимур НИГМАТУЛЛИН, аналитик отдела анализа рынков АО «Открытие Брокер»:

— Нефтяной рынок с большим количеством конкурирующих друг с другом производителей в долгосрочной перспективе ведёт себя довольно предсказуемо. Если предложение достаточно длительное время превышает спрос, то цены после резкого падения стабилизируются вблизи уровней себестоимости производства на наиболее трудноизвлекаемых месторождениях. В свою очередь, как показывает практика, дефицит предложения может привести к отрыву цен от уровня себестоимости и в два, и в три раза.

На мой взгляд, действий членов ОПЕК и участников соглашения ОПЕК+ (о сокращении добычи) недостаточно для формирования на рынке устойчивого дефицита. Наличие противоположных интересов ограничивает возможности для сокращения добычи. К тому же в таком случае долю рынка отвоюют страны, не принявшие на себя обязательства. Таким образом, надежды участников рынка направлены на рост мировой экономики. Тем не менее, судя по всему, нефтепроизводителям вновь повезло в этом отношении — МВФ регулярно (в том числе в октябре 2017 года) пересматривает темпы роста глобального ВВП в сторону повышения, что ведёт к росту спроса. Стабильный дефицит на рынке может сформироваться уже в 2018 году.

 





Авторизация


регистрация

Размещение видеороликов

События

17.09.2021
40 лет на острие технологических вызовов: ушел из жизни Александр Медведев Подробнее »

30.06.2021
XII форум инновационных технологий InfoSpace 2021 Подробнее »

05.04.2021
XIV съезд Союза нефтегазопромышленников России Подробнее »

19.03.2021
16 марта 2021 года в Центре цифрового лидерства состоялся саммит деловых кругов «Сильная Россия - 2021» Подробнее »

06.03.2021
Саммит "Сильная Россия - 2021" Подробнее »

Другие
новости »

Конференции, выставки

Другие
конференции
и выставки »

Рейтинг@Mail.ru

admin@burneft.ru