Современная мировая энергетика: борьба за единство (целостность) экспортной политики – вопреки нападкам из-за океана

To-day’s world energy: a struggle for united export policy in spite of the attacks from over the ocean

IVANOV A.S.1,
MATVEYEV I.Ye.1
1 All-Russia Market
Research Institute (VNIKI)
Moscow, 119285,
Russian Federation

Современный рынок энергоресурсов испытывает процесс трансформации, порождаемой притоком технологических инноваций, и в то же время – политических вторжений, влияющих как на предложение, так и на спрос. Усилились агрессивное воздействие торговой политики США на рынок и беспардонная политика санкций. В середине сентября нефтяной мир стал свидетелем беспрецедентной провокации. Беспилотные дроны неизвестного происхождения вторглись в воздушное пространство Саудовской Аравии и бомбардировали НПЗ и объекты нефтедобычи. В результате пожаров снизился объем поставляемой нефтяной продукции и поднялись мировые цены. Вполне очевидно, что провокация направлена против единства (сотрудничества) ближневосточных стран.

Вместе с тем, благодаря начавшейся в ряде зон цифровизации, были приняты некоторые рациональные и сбалансированные решения. И благодаря достигнутому с помощью России соглашению 24-ех стран-экспортеров «ОПЕК+», которое всеми аккуратно соблюдалось, удалось выровнять цены и создать основу для дальнейшей балансировки рынка.

To-day’s world energy market is undergoing a transformation generated by technological innovations as well as by some political intrusions affecting both supply and demand. At the same time aggressive US activities in the market enhanced as well as their notorious sanctions policy. In mid-September, the oil world was the victim (witness) of an unprecedented provocation. Unmanned drones of unknown origin invaded the airspace of Saudi Arabia and bombarded oil refineries and oil production facilities. As a result of the fires, the volume of oil products supplied decreased and world prices rose. It is quite obvious that the provocation is directed against the unity (cooperation) of the Middle Eastern countries.
Nevertheless owing to digitalization which has started in some zones – some rational and balanced solutions have been reached. However thanks to the Agreement of 24 exporting countries (OPEC+) achieved with the help of Russia and adhered to by all the participants, the prices were flattened and the base for further market balancing has been achieved.

Значимость энергетики в мировой экономике можно определить всего лишь одной позицией: за последнее десятилетие стоимость энергоресурсов в мировом экспорте товаров составляла от 10 до 17% (в зависимости от уровня цен). В современных условиях мировой рынок энергоресурсов и прежде всего нефти, находился в процессе фундаментальной трансформации, обусловленной притоком технологических инноваций, пронизывающих как спрос, так и предложение энергоресурсов. Сопровождаемый новшествами ускоряющийся темп жизни, серьезные изменения в жизненном укладе широких слоев населения ускорили стремление многих государств — главным образом развивающихся стран — расширять энергопользование, а компаний-владельцев углеводородов — их быструю монетизацию, активизировалась климатическая политика правительств по сдерживанию наплыва парниковых газов (СО2) в атмосферу.
Технологические инновации проявлялись разнолико: в отдельных зонах цифровизации — включением искусственного интеллекта, линейного программирования, сложных алгоритмизированных решений, мониторинга с помощью сенсоров и дронов и т. д. Как бы то ни было, по многим объектам — путем тщательного моделирования и обработки большого массива данных удавалось выходить на тщательно взвешенные и согласованные экономичные решения [1].

ГИДРОУДАР «СЛАНЦА»
Однако естественному процессу самосовершенствования претили грубые политические факторы, вносившие беспардонную сумятицу. Неправомерное внедрение Соединенными Штатами практики односторонних санкций – вопреки нормам международного права, – массированный экспорт своих сланцевых энергоресурсов, невзирая на их издержки, активное противодействие строительству «Северного потока-2», столь нужного и выгодного Германии и ряду европейских стран, противодействие иранскому экспорту нефти и допущение конфликтов в Ормузском проливе (где осуществляется до трети мирового провоза нефти) — все это элементы американского негативного воздействия на рынок. Активно расширяя добычу сланцевых залежей нефти (и газа) методом гидроразрыва пласта, Соединенные Штаты масштабно форсировали экспорт нефти и СПГ на новые рынки, стремясь преодолеть свой статус нетто-импортера, и преуспели в этом. За десятилетие нехватка собственных энергетических ресурсов в США снизилась с 28 % до 8 % (на 450 млнтн.э.!). А на рынке газа США уже вышли на позицию нетто-экспортера. Такие резкие масштабные перекройки болезненно отражались на мировом рынке [2, 3].
Вместе с тем странам ОПЕК, совместно с Россией и рядом не-членов организации, добившимся в декабре 2016 г. взвешенного соглашения о регулировании нефтяного рынка, удалось выправить цены с 40-долларового провала до приемлемых 60 – 70 долл. за баррель.
Наладившийся еще с 2005 г. энергодиалог между Россией и руководством ОПЕК в январе 2018 г. был усилен участием в нем Президента РФ В.В. Путина, что помогло принятию удачной стратегии, за реализацию которой, однако, надо было неустанно бороться. В начале июля 2019 г. проводимая «ОПЕК+» политика ограничения продукции была подтверждена еще на 9 месяцев. Правда, в августе 2019 г. – при некотором затоваривании текущих запасов – цена слегка соскользнула под 60-долларовую отметку (до 59,3 долл. за баррель) (табл. 1).

По мере развития современных технологий в развитых странах стало проявляться снижение энергоемкости экономики. Так, в странах ОЭСР (развитых) за последнее десятилетие – при росте ВВП (примерно на 3 % за год – в неизменных ценах) энергоемкость хозяйства оставалась практически на прежнем уровне.

А в середине сентября мир стал свидетелем беспрецендентной провокации. Беспилотные дроны неизвестного происхождения вторглись в воздушное пространство Саудовской Аравии и бомбардировали НПЗ и объекты нефтедобычи. В результате повреждений и пожаров снизился объем поставляемой нефтяной продукции и несколько поднялись мировые цены. Вполне очевидно, что эта провокация была направлена против сотрудничества ближневостоных стран.
Хозяйственные итоги 2018 г. показали разноплановость позиций, отражавших организованность политики стран «ОПЕК+» и агрессивность политики США. Мировое производство энергоресурсов (шести видов) возросло в истекшем году на 4,0 % (в течение десятилетия – по 2,0% в год), а потребление увеличилось на 2,9 % (против среднегодовых 1,8 %). И нынешний рост продукции в значительной мере был навязан Соединенными Штатами (табл. 2).

СКРОМНОЕ ЭНЕРГОПОТРЕБЛЕНИЕ
Характерно, что по мере развития современных технологий в развитых странах стало проявляться снижение энергоемкости экономики. Так, в странах ОЭСР (развитых) за последнее десятилетие — при росте ВВП (примерно на 3 % за год — в неизменных ценах) энергоемкость хозяйства оставалась практически на прежнем уровне. Во многом этому способствовал рост электрификации, поскольку через внедряемую с ее помощью электронику упрощались многие производственные и организационные процессы. За десятилетие 2008 – 2018 гг. генерируемое в мире электричество возросло на 30 %, а доля энергии, потребляемой в мире в форме электричества, повысилась с 39,7 до 43,6 % (особенно ощутима роль электроэнергии в энергетике Японии — 51 %, Франции — 54 %, Швеции — 58 %, Норвегии — 71 %). Основными источниками производства электроэнергии в 2018 г. явились уголь (38 %) и газ (23 %) (табл. 3). Как первичное топливо электроэнергия поступает от гидростанций (15,7%) и атомных станций (10 %), примерно столько же тока (9,3 %) вырабатывалось возобновляемыми источниками энергии (ВИЭ), и лишь 3 % электрогенерации велось на нефтяном топливе [2,4].

«КРОВЬ ЭКОНОМИКИ» – НЕФТЬ, ГАЗ, УГОЛЬ
Нефть все же продолжает оставаться ведущим из шести первичных источников энергии, составив в 2018 г. 32% общего притока энергоресурсов. В указанном году ее общая добыча возросла на 2,2 % — при незначительном повышении на 0,3 % в каждый из предыдущих двух лет на фоне принятых ОПЕК ограничений. Да и это двухпроцентное повышение полностью явилось результатом резкого подъема добычи в США на 95 млн т, тогда как 24 участника соглашения ОПЕК тщательно соблюдали свои обязательства по ограничению производства.
Добыча нефти довольно четко сконцентрирована: треть ее извлекается в странах Ближнего и Среднего Востока, однако крупнейшими продуцентами выделяются (2018 г., в %): США — 15,0; Саудовская Аравия — 12,9; Россия — 12,6; Канада — 5,7; Ирак — 5,1; Иран — 4,9; Китай — 4,2. Около 78 % добываемой в мире нефти подлежит международным поставкам (одна треть экспорта – в виде нефтепродуктов), осуществляемым преимущественно морским путем. На конец 2018 г. в мире насчитывалось около 15 тыс. танкеров 5-и типов (против 14,5 тыс. судов на начало 2017 г.). Соответственно их емкость увеличилась до 661 млн дедвейт против 636 млн дедвейт за 2 года до этого. Обычно на сооружение танкера уходит около 36 месяцев, а срок их службы составляет 18 — 25 лет [2, 5].
Особенность следующего вида топлива — угля (28,3% энергии в н.э.) состоит в его сосредоточении в Китае (46,7 % мировой добычи и более 50 % потребления). В истекшем году его производство в стране несколько возросло (на 4,3 % – после снятия ряда ограничений), но все равно оставалось на 7 % ниже рекордных показателей 2013 — 2014 гг. После Китая, с объемом около 8 % мировой продукции в каждой, следуют США, Индонезия, Индия и Австралия. Россия обеспечила 5,6 % выпуска угля, за десятилетие она увеличила – за счет разрезов — добычу в полтора раза, до 220 млн тонн, уверенно выступая на рынке.
Природный газ обеспечивает почти четверть (24 %) мировых энергетических потребностей. При наиболее привлекательной экологичности расширяются средства и совершенствуются формы его доставки (газопроводами, в виде сжиженного природного газа — СПГ). В 2018г. мировое производство газа возросло на 5,2 % (как и в России). Однако крупнейший добытчик газа – США превзошел обычную практику, взвинтив добычу на 11,5 %, превысив таким образом 21,5 % мирового объема. На позиции второго производителя газа прочно обосновалась Россия (17,3 %), далее следуют Иран (6,2 %), Катар (4,5 %), Китай (4,2 %), Австралия (3,4 %), Норвегия (3,1 %), Саудовская Аравия (2,9 %). Среди успешных продуцентов газа фигурируют также Алжир, Индонезия, Малайзия, Египет, Нигерия, Таиланд.
Наряду с передачей газа традиционными газопроводами, в последние десятилетия вошла в практику доставка сжиженного природного газа (СПГ) в замороженном виде, который в 600 раз концентрирует полезный состав газа. За последнее десятилетие доля газа, поставляемого по трубам, снизилась с 69 до 54 %, а поставки СПГ – повысились с 31 до 46 %. Все это потребовало создания в 32 странах новых мощностей по производству, экспорту, приему, доставке СПГ и его регазификации.
За десятилетие объем международной торговли СПГ вырос на 83 % — до 431 млрд м3. Крупнейшими поставщиками явились Катар (24 %), Австралия (21%), Малайзия (8 %), США, Нигерия (по 6,6 %), Россия (5,8%). Среди импортеров СПГ выделялись Япония (26 %), Китай (17 %), Ю. Корея (14 %), Индия (7 %), Тайвань (5 %). По мере необходимости формировался специализированный флот. В конце 2018 г. в мире насчитывалось 519 танкеров-рефрижераторов, работающих с СПГ, и около 125 вспомогательных судов (в частности паромов). С учетом сделанных заказов в 2019 г. флот пополнится до 557 судов [6].

В ДВИЖЕНИИ
Россия принимает активные меры по обеспечению транспортировки газа, как традиционного – трубопроводного, так и сжиженного. Хотя США упрямо возражают против «Северного потока-2», столь желанного Германией и рядом западноевропейских стран, два трубоукладочных судна по 3 км в день наращивают трубопровод. Еще в феврале была уложена половина из 1200-километровой трассы. В конце 2019 г. «поток» должен начать действовать, поставляя в Германию (и ее соседям) 55 млрд м3 газа в год. Одновременно завершается прокладка двух «ниток» «Турецкого потока» – 1820 км – от Анапы до турецкой Фракии. Уже осуществлен стык – «надводный захлест». Намечается поставка по 15,75 млрд м3 в год по каждой линии, одна из них — непосредственно в Турцию, другая – транзитом на Балканы. Исключительно важное значение имеет также завершаемый в этом году газопровод «Сила Сибири» (из Якутии до Благовещенска — 2200 км). Уже прорыты под Амуром два «стыковочных» с китайской стороной туннеля длиной по 1140 м диаметром 2,4 м. В конце 2019 г. сибиряки готовятся к началу поставок по 38 млрд м3 газа в год в течение 30-летнего периода.
В России развернулась также серьезная работа по расширению поставок сжиженного газа – СПГ. У нас функционируют два крупных завода по выпуску СПГ: десять лет работает «Сахалин – 2» (2 линии мощностью 10,8 млн т×г) и сравнительно недавно – «Ямал СПГ»

(3 линии мощностью около 18,6 млн т/г. ). С учетом мелких предприятий они обеспечивают около 6 % (5,8) мировых поставок СПГ. Международные специалисты полагают, что в текущем году самый большой прирост объемов производства СПГ обеспечат США, Россия и Австралия [7].

ЛИДЕРЫ АТОМНОЙ «ТРИДЦАТКИ»
Крупная авария на фукусимской атомной электростанции в Японии (2011 г.), полностью приостановившая в 2014 г. значительный 9-процентный сегмент страны в мировом атомном производстве, пробудила повсеместную настороженность. До сих пор генерация атомной энергии в мире не может превзойти уровень 2008г. (620 млн т н.э.). Однако выдающимся ярким подвижником в атомном прогрессе оказался Китай, за десятилетие взметнувший вверх свою атомную генерацию – в 4,3 раза, войдя в тройку лидеров с весомой долей – 10,9 % мировой продукции. Среди трех десятков обладателей атомных электростанций в мире первенствуют США (31,4% мировой генерации), далее следует Франция (15,3%), традиционно специализирующаяся на атомном обеспечении хозяйства, затем Китай, Россия (поднявшаяся с 6,0 до 7,6 %), Южная Корея (4,9 %), Канада (3,7 %) [2].
КИТАЙСКОЕ ЧУДО
В сфере гидроэнергетики (выросшей в истекшем году на 3,1 %) также отличился Китай. За десятилетие он увеличил генерацию энергии на 89 % (!) и охватил 28,7 % мирового притока гидроэнергии. Им были построены ряд крупных гидростанций, в том числе введенная в 2009 г. крупнейшая в мире ГЭС – Санься («Три Ушелья») проектной мощностью 18,2 млн кВт. (Второй по мощности в мире является гидростанция Парагвае – Итайну в Бразилии, 12,6 млн кВт, возведенная в 1983 г., третьей – Гранд-Кули в США, 10,8 млн кВт, построенная более 3/4 века назад – в 1942 г.).
Помимо Китая заметными продуцентами гидроэлектроэнергии являются Бразилия (9,2 % мировой продукции), США (6,2 %), Россия (4,5 %). Далее следуют Индия и Норвегия (по 3,3 %), Япония и Вьетнам (по 1,9 %). Большинство стран с гидростанциями имеет устоявшуюся выработку тока. Лишь отдельные, подобно Китаю, включают новые крупные мощности. Так, США за десятилетие увеличили выработку гидроэнергии на 11 %, Россия – на 15 %, Индия на 21 %, а Вьетнам – в 3 раза [2].

ПОДСПОРЬЕ ЭНЕРГЕТИКИ – ВИЭ
В последние годы быстро нарастающим подспорьем энергетики выступают возобновляемые источники энергии (ВИЭ), выросшие в первом десятилетии века в 2,5 раза, а во втором – в 5 раз (!). В 2018 г. в мировом энергобалансе они составили 4,1 % (561 млн т н.э.). Китай, как и в большинстве других сфер энергетики, – в бесспорных лидерах: на его счету 25,6 % мировых возобновляемых поступлений, 18,5 % приходится на США, а дополняют клуб инициаторов новшеств – Германия (8,4%), Индия, Япония, Великобритания и Бразилия – каждая по чуть более 4 процентов (табл. 4).

До сих пор генерация атомной энергии в мире не может превзойти уровень 2008 г. (620 млн т н.э.).
Однако выдающимся ярким подвижником в атомном прогрессе оказался Китай, за десятилетие взметнувший вверх свою атомную генерацию — в 4,3 раза, войдя в тройку лидеров с весомой долей — 10,9 % мировой продукции.

Немногим больше половины энергии возобновляемых источников составляет энергия ветра (51 %), около четверти – энергия солнца (24 %), и примерно четверть – приходится на биомассу и прочие отходы. Половина всей ветроэнергетики сосредоточена в двух странах – Китае (29 %) и США (22 %) [2, 8].
Россия только лишь начинает развитие этой отрасли, опираясь на западноевропейский опыт. В соответствии с соглашением 2017 г., между «Роснано» и финской фирмой в Ульяновской области в 2018 г. был создан ветропарк из 14 генераторов мощностью 35 МВт (с высотой башен 88 м, лопастями – 145 м). В полярном поселке Тикси при содействии японской фирмы запущены три ветрогенератора. Одновременно в солнечной Астраханской области по инициативе отечественной фирмы «Солар системз» была введена в эксплуатацию фотоэлектрическая станция «Заводская» (мощностью 15 МВт), работающая на солнечной энергии (60 тыс. солнечных модулей), – первенец из 15 станций, намечаемых к созданию в Поволжье. Вместе с тем некоторые эксперты считают, что рынок ветроэнергетики и солнечной энергии имеет свои ограничения, поскольку исключает из пользования некоторые природные зоны при весьма скромной отдаче [9].

МИРОВОЙ ЭНЕРГОБАЛАНС
Говоря о распределении достатка и нехватки видов энергоресурсов среди большого числа стран мира, очевидно, что из-за разнообеспеченности около 40 % массива энергоресурсов (в пересчете на нефтяной эквивалент) перераспределяется через каналы международной торговли. За последнее десятилетие десять крупнейших экспортеров увеличили свой экспортный ресурс на 29 % — до более чем 2,8 млрд т н.э. Вслед за бесспорным лидером — Россией ( около 730 млн т ресурсов) и Саудовской Аравией (более 410 млн т) следовали Канада (около 350 млн т), а также Австралия (около 300 млн т) и Индонезия (около 250 млн т), расширившие добычу угля и производство СПГ. Значительно укрупнили свои поставки Ирак и Катар (табл. 5) [2].

На рынке объединенной Европы важнейшим центром добычи углеводородов являлась Норвегия. На Ближнем и Среднем Востоке в данную группу государств входили Катар, Иран и Ирак, Кувейт. За декаду суммарные экспортные возможности стран региона увеличились примерно на 1/3. Наиболее значительный рост зафиксирован в Катаре, Ираке и Иране.
В отличие от экспортеров, десятка импортеров с трудом увеличила свои запросы. Только Китай и Индия в 2018г. более чем вдвое увеличили свои запросы, зато США, взявшие курс на форсирование сбыта своей сланцевой продукции, почти в 3,5 раза свернули свои закупки энергоресурсов — с 641 до 191 млн т. Такое сокращение было беспрецедентным. Оно внесло на рынок большие неурядицы. К тому же несколько снизили свои запросы Япония, Италия, Франция и Германия (табл. 6). И только тщательное соблюдение экспортерами «ОПЕК+» соглашения позволило, несмотря на все сложности, выровнять цены.
В минувшее десятилетие списки мировых нетто-экспортеров и нетто-импортеров топливно-энергетических ресурсов оставались почти неизменными. Более детально энергетические балансы крупнейших стран отражены в табл. 7.
Рынок энергетики, столь жизненно необходимый для всех отраслей экономики, для жизни всего человечества, продолжает оставаться объектом чуткого внимания мировой общественности, сосредотачивая на себе усилия правительств и делового мира, противопоставляя балансировку рынка – эгоистичным устремлениям отдельных ревнителей.

Литература

1. Жуков С.В. Мировой рынок нефти в процессе трансформации: семинар в ИНП РАН 2019. [Электронный ресурс]. URL: https://ecfor.ru/publication/energeticheskij-seminar-180-mirovoj-rynok-nefti-v-protsesse-transformatsii/ (дата обращения:25.08.2019).
2. Статистический сборник «BP Statistical Review of World Energy 2019, 68th edition» 64 p. [Электронный ресурс]. URL: https://www.bp.com/content/dam/bp/business-sites/en/global/corporate/pdfs/energy-economics/statistical-review/bp-stats-review-2019-full-report.pdf (дата обращения: 28.08.2019).
3. Конопляник А. Врубаясь в Европу. США используют любые методы для продавливания своего СПГ на европейский газовый рынок // Нефтегазовая вертикаль. 2019. № 5. С. 61–69.
4. Хартуков Е. Неизвестная ОПЕК // Нефть России. 2019. № 1–2. С. 40–46.
5. Хартуков Е. Нефтяные ладьи // Нефть России. 2019.
№ 3–4. С. 44–50.
6. Берова М., Корбякова Е., Тимонин И. Место России на мировой СПГ-карте // Oil and Gas Journal. 2019. № 4. С. 88–95.
7. Охоткин А. Старт и разгон // Нефтегазовая вертикаль. 2019. № 7. С. 74–80.
8. Чебанов А., Карамян О., Соловьева Ж. Новое рождение ветроэнергетики // Neftegas.Ru. 2019. № 4. С. 120–123.
9. Виноградова О. Энергопереход: непопулярный взгляд // Нефть России. 2019. № 3–4. С. 17–21.

References

1. Zhukov S.V. Mirovoy rynok nefti v protsesse transformatsii: seminar v INP RAN 2019 [World Oil Market in the Process of Transformation: Workshop in the Institute of Economic Forecasting of the Russian Academy of Sciences, 2019]. (In Russian). Available at: https://ecfor.ru/publication/energeticheskij-seminar-180-mirovoj-rynok-nefti-v-protsesse-transformatsii/ (accessed 25.08.2019).
2. Statisticheskiy sbornik «BP Statistical Review of World Energy 2019, 68th edition» 64 p. Available at: https://www.bp.com/content/dam/bp/business-sites/en/global/corporate/pdfs/energy-economics/statistical-review/bp-stats-review-2019-full-report.pdf (accessed 28.08.2019).
3. Konoplyanik A. Vrubayas' v Yevropu. SSHA ispol'zuyut lyubyye metody dlya prodavlivaniya svoyego SPG na yevropeyskiy gazovyy rynok [Cutting into Europe. USA Use any Methods to Push its LNG to the European Gas Market]. Neftegazovaya vertikal' [Oil and Gas Vertical], 2019, no. 5, pp. 61–69. (In Russian).
4. Khartukov Ye. Neizvestnaya OPEK [Unknown OPEC]. Neft' Rossii [Oil of Russia], 2019, no. 1–2, pp. 40–46. (In Russian).
5. Khartukov Ye. Neftyanyye lad'i [Oil Barks]. Neft' Rossii [Oil of Russia], 2019, no. 3–4, pp. 44–50. (In Russian).
6. Berova M., Korbyakova Ye., Timonin I. Mesto Rossii na mirovoy SPG-karte [Place of Russia on the World LNG Map]. Oil and Gas, 2019, no. 4, pp. 88–95. (In Russian).
7. Okhotkin A. Start i razgon [Start and Acceleration]. Neftegazovaya vertikal' [Oil and Gas Vertical], 2019, no. 7, pp. 74–80.
(In Russian).
8. Chebanov A., Karamyan O., Solov'yeva Z. Novoye rozhdeniye vetroenergetiki [New Birth of Wind Energy]. Neftegas.Ru, 2019, no. 4,pp. 120–123. (In Russian).
9. Vinogradova O. Energoperekhod: nepopulyarnyy vzglyad [Energy Transition: Unpopular View]. Neft' Rossii [Oil of Russia ], 2019, no. 3–4, pp. 17–21. (In Russian).

Комментарии посетителей сайта

    Функция комментирования доступна только для зарегистрированных пользователей


    Авторизация


    регистрация

    Иванов А.С.

    Иванов А.С.

    к.э.н., доцент, ученый секретарь

    Всероссийский научно-исследовательский конъюнктурный институт (ВНИКИ)

    Матвеев И.Е.

    Матвеев И.Е.

    к.э.н., заведующий отделом энергетических ресурсов и инновационной энергетики

    Всероссийский научно-исследовательский конъюнктурный институт (ВНИКИ)

    Просмотров статьи: 236

    Рейтинг@Mail.ru

    admin@burneft.ru