Россия на мировом рынке энергоресурсов

Russia in the global energy market

A. IVANOV, I. MATVEEV, Russian Market Research Institute (VNIKI)

Анализ мирового рынка энергоресурсов в ужесточившихся реалиях геополитики, обострения социальных и военных конфликтов, информационной войны и санкций антироссийской направленности. Сложившийся дисбаланс рынка повлек депрессивное состояние цен, в течение двух с половиной лет удерживаемое руководством ОПЕК. В конце 2016 г. российское правительство предприняло ряд шагов по нормализации этой ситуации. При его инициативе и активном участии в канун 2017 г.был заключен совместный меморандум стран ОПЕК и 11 государств, не входящих в картель, о сокращении добычи нефти почти на 1,8 млн барр/сут (около 1,9 % мирового производства в 2015 г.). Кроме того, в канун наступившего года компания «Роснефть» путем масштабных приватизационных операций повысила свой международный авторитет, что позволило ей расширить доступ к западным технологиям, добыче нефти за рубежом, в частности на шельфе Египта, усилить позиции на рынке Индии. Авторы изложили также практику Китая по обузданию своего угольного производства (около 48 % мировой добычи). Приводится статистика межрегиональной торговли нефтью и газом.

The article reviews the world energy market at start of 2017 embittered by the hardening geopolitical realities – social and war conflicts, information wars and the sanctions of anti-russian orientation. The overproduction and the lack of market balancing by the OPEC leaders has been keeping the oil prices depressed for over two years. At the end of 2016 the Russian government applied some initiatives to improve the situation. As a result an agreement was signed by the OPEC countries as well as by 11 non-member exporters for cutting oil exports by almost 1,8 million bar\day (which corresponds to 1,9 % of world production of 2015). Besides «Rosneft» by means of investment operations has gained a large-scale access to western technologies as well as to a rich oil deposit on Egyptian shelf and to operations in oil facilities in India. The article informs of Chinese efforts to curb its coal production (about 48 % of world totals) and presents some statistics on international oil and gas trade.

Мировая энергетика вступила в 2017 г. в период смены технологических укладов, как в производстве топлива, так и потреблении его видов, что отразилось на структуре рынков энергоресурсов и их количественных показателях. Однако эти процессы проходили в обстановке крайне обострившихся геополитических реалий, взорвавших с середины 2014 г. зыбкое международное равновесие: усилением социальных и военных конфликтов на Ближнем Востоке, массовым наплывом в 2016 г. беженцев-мигрантов в Европу, всплеском терроризма и расширением его зоны и, наконец, – инициированными прежним руководством США резкими антироссийскими политическими и экономическими санкциями – в нарушение общепринятых норм международного торгового права, фактически разрушавшими гармонию мирового рынка.
Большое негативное значение приобрел фактор «информационных войн» – массированного включения влиятельных СМИ в навязывание мировой общественности политических фальсификаций и надуманных обвинений, имеющих чаще всего антироссийскую направленность. Все это пагубно отразилось и на рынках энергоресурсов, деформируя их и оказывая на них депрессивное влияние [1].

От дефицита к переизбытку энергоносителей

Вместе с тем технический прогресс позволил мировому сообществу экономнее расходовать топливо на единицу продукции: при среднегодовом росте мирового ВВП за пятилетие 2011 – 2015 гг. в размере 3,5 % – глобальное потребление энергии возрастало в среднем лишь на 1,5 % в год (в 2014 г. – на 1,1 %, в 2015 г. – на 1 %). При этом в развитых странах (ОЭСР) в 2007 г. был достигнут пик потребления, после чего оно стало сокращаться в абсолютном объеме, снизившись за последовавшие годы на 3,8 % [2]. Под влиянием технического развития, а также других факторов проходила реструктуризация использования традиционных топливных ресурсов, а также масштабное привлечение новых – возобновляемых источников энергии (ВИЭ – энергии солнца, ветра, морских приливов, биотоплива и др.).
Страны ЕС поставили задачей (с финансовой поддержкой) к 2020 г. довести долю ВИЭ в своем энергобалансе до 20 %. В 2015 г. этот показатель в среднем по Сообществу уже достиг 8,3 % (в частности в ФРГ – 12,5 %, Швеции и Испании – 11,5 %, Италии – около 10 %, а в Дании – 25 %). Однако в целом имевшее место общемировое расширение энергопотребления (за последнее десятилетие на 20,2 %) нарастало благодаря динамичным развивающимся государствам – на 45 % (в т.ч. их лидерам – Китаю, Бразилии и Индии – соответственно на 67 %).
В то же время на фоне освоения развитыми странами (и их монополиями) новаций в области эффективности энергопотребления и замедления роста – расширялись способы добычи традиционных углеводородов и привлечения альтернативных видов топлива. К тому же Соединенные Штаты Америки взяли курс на расширение своего топливного самообеспечения, опираясь на внедрение новых технологий добычи сланцевых залежей нефти и газа (горизонтальное бурение – вдоль пласта и его гидроразрыв). В результате за прошедшее пятилетие доля ввозимых ими энергоресурсов сократилась более, чем вдвое, приблизившись к 1/10 их потребностей. Им удалось снизить порог рентабельности сланцевого производства до 50 долл/барр. и даже несколько ниже. В начале 2015 г. США вышли на первое место в мире по суточной нефтедобыче – 13 975 тыс. барр/сут (против 11 624 у Саудовской Аравии и 10 853 у России).

Мировая энергетика вступила в 2017 г. в период смены технологических укладов, как в производстве топлива, так и потреблении его видов, что отразилось на структуре рынков энергоресурсов и их количественных показателях.

Все это повлекло нарастание суммарного предложения и ослабление спроса на международном энергетическом рынке. За минувшее пятилетие мировое производство энергоресурсов возросло на 9,9 %, а потребление – на 7,9 %. Сопоставление предлагаемой ВР [3] статистики производства и потребления (даже при некоторой ее условности) обнажает смену периода относительного дефицита (2005 – 2010 гг., в среднем ежегодно около 115 млн т) – на период избыточных энергоносителей (2011 – 2015 гг. – около 70 млн т в год). Неудивительно, что накопившееся расхождение повлияло на уровень нефтяных цен, упавших во втором полугодии 2014-го. более чем в два раза – до диапазона 40 – 50 долл. (Брент) и вплоть до конца 2016 г. пребывавших, в основном, в этих пределах (табл. 1).

Российский Крым и США – ровесники

Весьма разрушительное воздействие на международную торговлю в целом и ее довольно уязвимый сегмент – рынок энергоресурсов имела агрессивная антироссийская кампания санкций, развязанная правительством Обамы, вовлекшим в нее страны Запада.

Весьма разрушительное воздействие на международную торговлю в целом и ее довольно уязвимый сегмент – рынок энергоресурсов имела агрессивная антироссийская кампания санкций, развязанная правительством Обамы, вовлекшим в нее страны Запада.

Она охватила политическую, экономическую, финансовую, даже спортивную сферы. Привела к свертыванию или перекройке многих устоявшихся энергетических товаропотоков с нашей страной, отказу от некоторых взаимовыгодных перспективных проектов. В качестве предлога для санкций было выдвинуто воссоединение Крыма с Россией (в период государственного переворота в Украине и возникшей неопределенности в стране, но после проведенного референдума при 97 %-ном волеизлиянии крымчан). В частности, прежнее правительство США отказало компании ExxonMobil в участии в 9 совместных проектах из 10 с «Роснефтью» по разработке шельфовых месторождений на Карском и Черном морях. Однако в проекте «Сахалин-1» (в ведении Р. Тиллерсона) участие было разрешено. Проект приносил хороший доход, да и сахалинцы отличились: на шельфовом месторождении «Чайво» где была пробурена самая протяженная скважина в мире – 13 500 м при длине горизонтального участка – 12 033 м.
В этой связи стоит напомнить, что Российский Крым и США – ровесники. Они родились в одном и том же 1783 г. – признанием независимости США королем Великобритании и Манифестом Екатерины о присоединении Крыма к России. И первое, что было сделано в Российском Крыму, – проведение демонстрации в защиту Соединенных Штатов. После провозглашения в 1780 г. Екатериной Великой «доктрины вооруженного нейтралитета» (ее смысл – «не троньте Соединенные Штаты») она пригласила в 1787 г. в строящийся Севастополь монархов Европы и представителей дипкорпуса (на 48 каретах), где изумила гостей сюрпризом – оперативно выстроенным на херсонских верфях российским флотом (18 фрегатов и 3 линейных корабля). 80-пушечные суда салютовали высоким гостям, давая понять, сколь мощная опора у провозглашенной Россией политики.

В условиях ценового разброда

Свой полновесный «вклад» в длительное удержание нефтяных цен на низком уровне внесли руководители ОПЕК. В декабре 2014 г., при развороте ценового дефолта,

Российский Крым и США – ровесники. Они родились в одном и том же 1783 г. – признанием независимости США королем Великобритании и Манифестом Екатерины о присоединении Крыма к России.

лидеры ОПЕК – низкозатратные Саудовская Аравия, ОАЭ и Катар уклонились от выправления цен, настояв на сохранении квот нефтедобычи, несмотря на просьбы Венесуэлы, Нигерии и Алжира об их сокращении. Аналогичное решение приняли эти влиятельные лидеры и год спустя – в декабре 2015 г., к тому же сохранив возможности увеличения «квотных» поставок (в частности, привлечением иранской нефти), а также реально превышая квоты. В результате к концу декабря 2015 г. дневные котировки упали ниже 40 долл. (приблизившись к 36 долл.). Столь беспардонное «регулирование рынка» под эгидой Саудовской Аравии, откровенно направленное на подавление конкурентов, вызвало недовольство даже в США с их уязвимыми издержками сланцевой добычи.
Разгоревшийся в январе 2016 г. ближневосточный конфликт между шиитами и суннитами весьма обострил обстановку в регионе, в котором при этом расползались нелегальные и полулегальные поставки нефти, а база для коллективных конструктивных действий на рынке таяла. В целом мировой рынок энергоресурсов, охваченный с середины 2014 г. глубокой депрессией, в течение 2016 г. вступил в полосу новых осложнений. Нефтяные цены оказывали «тормозящее» влияние на ценовую палитру всех энергоресурсов (табл. 2) [4].
В обстановке «ценового разброда» среди стран ОПЕК активная, инициативная политика России в вопросах регулирования нефтяного рынка к концу 2016 г. принесла свои плоды. В течение 2016 г. В.В. Путин неоднократно контактировал с наследным принцем, а затем королем Саудовской Аравии. Выступая на Мировом энергетическом конгрессе в Стамбуле в октябре 2016 г., наш президент заявил: «Россия готова присоединиться к совместным мерам по ограничению добычи и призывает к этому других экспортеров нефти. Мы поддерживаем недавнюю инициативу ОПЕК по фиксации лимитов на добычу и рассчитываем, что на заседании ОПЕК в ноябре эта идея воплотится в конкретные договоренности». Заметим, что США с самого начала устранились от обсуждения этих вопросов [5].
В итоге последовавших в начале декабря 2016 г. переговоров в Вене 12 странами ОПЕК и 11 странами, не входящими в организацию, был подписан меморандум о снижении добычи нефти на 1,8 млн барр. в сутки от уровня октября, в том числе на 1,2 млн барр. в сутки – членами картеля и 558 тыс. барр. – не членами, из которых 300 тыс. сокращения взяла на себя Россия. Размер всего сокращения соответствует примерно 1,9 % мировой добычи. Как уточнил министр энергетики А. Новак, наша страна проведет сокращение к концу марта 2017 г. – до 200 тыс. барр. в сутки, а к середине года – до 300 тыс. барр. Вопрос о продлении на второе полугодие будет решаться позднее. Контроль за выполнением договоренностей взяли на себя Россия и Кувейт. Уже с первых чисел 2017 г. Россия начала реальное сокращение добычи. Таким образом, сотрудничество между странами ОПЕК и нечленами картеля вышло на новый уровень [6].
Изначально ценовая реакция была лишь слегка ощутимой. Понятно, что первое время при наличии накопленных запасов избыток может оказывать вялое влияние. Однако более серьезной опасностью соглашению может оказаться возможный рост добычи в США, игнорирующих решения ОПЕК. По данным аналитического отчета компании Baker Hughes, с июня 2016 г. буровая активность в США в последние месяцы увеличилась почти вдвое – количество работающих буровых установок возросло с 320 до 498 единиц. А при возможном повышении цен США могут увеличить добычу относительно дорогой сланцевой нефти.

Стратегический прорыв «Роснефти»

В условиях таявших поступлений от подешевевшей в 2014 – 2016 гг. нефти и антироссийских санкций лидер российской отрасли – «Роснефть» сумела осуще­ствить прорыв на мировой рынок и укрепить на нем свои позиции путем масштабных инвестиционных операций. Были привлечены зарубежные технологии и сбытовые возможности путем продажи 19,5 % своих акций консорциуму суверенного фонда Катара и швейцарского торгового магната Glencore (с учетом недавней приватизации «Башнефти» государство получило в бюджет 1,1 трлн рублей). В то же время у итальян­ской фирмы Eni была приобретена 35 %-ная доля газового блока крупнейшего нового месторождения Zohr на египетском шельфе в Средиземноморье, а также выкуплено у индийской нефтяной компании Essar Oil Limited – 49 % акций (c НПЗ мощностью 20 млн т нефтепродуктов и крупнейшей сетью АЗС – 2,7 тыс. станций). В 2016 г. «Роснефть» увеличила добычу нефти на 4 % – до 210 млн т, а газа – на 7 % – до 67 млрд м3. Все это означало – стратегический прорыв, выход на новый уровень международного влияния [7].

Угольный маневр Китая

Характерная особенность мирового рынка угля состоит в том, что почти половина его добычи (а тем более потребления) сосредоточена в Китае. В нем добывается 47,7 % мирового производства (в 2005 г. – 40,9 %). В потреблении угля его значимость еще выше (в 2015 г. – 50 %), более 2 % он «добирает» с мирового рынка для металлургических нужд.
В 2011 – 2015 гг. назревало перепроизводство. Наблюдалось постепенное снижение цен на уголь: на энергетический – вдвое (со 120 до 57 долл/т), а на коксующийся – почти в три раза (с 296 до 102 долл/т). В этой ситуации власти Китая в феврале 2016 г. объявили о радикальном сокращении выпуска до 2020 г. в секторах: угольном (на 500 млн т) и металлургическом (на 150 млн т стали). Одновременно Китай ограничил работу шахт до 276 дней в году (вместо прежних 330). С июня 2016 г. цены начали взлетать и к концу ноября поднялись до 310 долл/т (коксующийся уголь).

В целом мировой рынок энергоресурсов, охваченный с середины 2014 г. глубокой депрессией, в течение 2016 г. вступил в полосу новых осложнений. Нефтяные цены оказывали «тормозящее» влияние на ценовую палитру всех энергоресурсов.

Российская угольная промышленность продолжала работать размеренным темпом, увеличив добычу за январь–октябрь 2016 г. на 4,9 %, а экспорт угля повысился за девять месяцев на 9,3 % (до 115,5 млн т в страны дальнего зарубежья), испытывая при этом лишь нехватку подвижного состава.

В итоге последовавших в начале декабря 2016 г. переговоров в Вене 12 странами ОПЕК и 11 странами, не входящими в организацию, был подписан меморандум о снижении добычи нефти на 1,8 млн барр. в сутки от уровня октября, в том числе на 1,2 млн барр. в сутки – членами картеля и 558 тыс. барр. – не членами, из которых 300 тыс. сокращения взяла на себя Россия.

По мнению ряда авторитетных исследовательских фирм, в перспективе спрос на энергетический уголь будет расти на 1,4 % в год, причем уже существующие угольные мощности (без каких-либо дополнительных проектов) покроют этот спрос до 2025 г. [8].

Учитывать мировые тренды

В силу различий в природной обеспеченности энергоресурсами и масштабами их потребления в каждой из стран все они распадаются, в основном, на государства нетто-экспортеры и нетто-импортеры. Среди первых выделяется Россия, располагающая крупнейшим нетто-экспортным ресурсом в объеме 658 млн т в нефтяном эквиваленте (в 2005 г. – 553 млн т, т.е. увеличение за десятилетие на 19 %).
В последние годы торговые потоки энергоресурсов подвержены кардинальным изменениям в силу множества факторов, геополитики в том числе. России необходимо учитывать намечающиеся тренды в своей стратегии развития энергетической отрасли.
Мировые товарные запасы нефти распределены крайне неравномерно, свыше 47 % их сосредоточено на Ближнем Востоке. Страны этого региона осуществляют 34 % мировых поставок нефтяной продукции (2015 г.). Россия также является крупным экспортером этой продукции (13,5 %). А вот США из крупнейшего мирового импортера энергоресурсов (в 2005 г. – 724 млн т) «соскользнули» до 235 млн т, взяв курс на самообеспечение (в основном за счет недооцененного нашими учеными-специалистами сланцевого производства), снизив долю импортного топлива с 31 % до 10 %. Такие стремительные и масштабные действия не могли не оказать деформирующего влияния на топливные товаропотоки.
Нельзя не учитывать тот факт, что более значимой становится международная торговля нефтепродуктами (против сырой нефти). Их доля в нефтяных товаропотоках возросла с 21,4% в 2000 г. до 34,2% в 2015 г.
По мере развития технологии и транспортной инфраструктуры нарастает объем торговли сжиженным природным газом (СПГ), что открывает возможности маневра на рынке. Двадцать лет тому назад СПГ уже составлял 24 %, а в настоящее время – свыше 32 %. И если Россия, главный поставщик природного газа, осуществляет свои поставки (20 % рынка, 2015 г.), в основном, традиционным трубопроводным способом, как и Норвегия (11 % мировых поставок), – то относительно новые поставщики – Катар (охватывая более 12 %),

В условиях таявших поступлений от подешевевшей в 2014 – 2016 гг. нефти и антироссийских санкций лидер российской отрасли – «Роснефть» сумела осуществить прорыв на мировой рынок и укрепить на нем свои позиции путем масштабных инвестиционных операций.

Австралия и Малайзия (по 4 %), другие страны – в виде СПГ. Маленький Катар располагает 1/6 мирового танкерного флота для СПГ, которым доставляет СПГ в Японию, Южную Корею, Италию, Великобританию и еще в 16 экономик мира.
Испытывая проявление неровного отношения на западных рынках, Россия в октябре 2016 г. подписала соглашение с Турцией о строительстве по дну Черного моря газопровода «Турецкий поток» из двух ниток по 15,75 млрд м3 в год каждая – одна для Турции, другая – для Италии и Греции. Завершение строительства намечено на вторую половину 2019 г. Турция приобретает при этом роль распределительного хаба, что определяет ее заинтересованность в этом проекте [5].
Среди стран – импортеров газа первенствуют Япония (11 % рынка) – танкерами, ФРГ (10 %) – по трубам, Китай (6 %), Италия (5 %). 38 стран ввозят газ по трубам и 24 страны в сжиженном виде.
По мнению экспертов ООН, углеводородное топливо будет лежать в основе мирового энергобаланса как минимум до конца ХХI века, однако глобальную стратегию развития следует базировать на трех «Э»: энергетика, экономика и экология. Именно чистая возобновляемая энергетика может стимулировать экономический рост без вреда для экологии [1].
В этой связи в ноябре 2016 г. на сессии переговоров ООН по климатическим вопросам в Марракеше (Марокко) отмечалось, что ВИЭ остается самым быстрорастущим сектором электроэнергетики и в то же время происходит отток инвестиций из сферы ископаемого топлива; упоминалось, что предстоит ужесточение требований по выбросам парниковых газов во всей производственной цепочке, что может оказаться чувствительным для Индии и стран АТР [9]. Возобновляемые источники энергии (ВИЭ),

Если Россия, главный поставщик природного газа, осуществляет свои поставки (20 % рынка, 2015 г.) в основном традиционным трубопроводным способом, как и Норвегия (11 % мировых поставок), – то относительно новые поставщики – Катар (охватывая более 12 %), Австралия и Малайзия (по 4 %), другие страны – в виде СПГ.

кроме крупных ГЭС, – энергия ветра, солнца, геотермальная, традиционная биомасса и т.д., развиваются быстро, хотя доля их в мировом масштабе относительно невелика (около 3 %). Вместе с тем объем мировых инвестиций в ВИЭ, достигнув, по оценке агентства Bloomberg, в 2011 г. наивысшего уровня в 279 млрд долл., начал сокращаться.
Из-за замедления потребления энергоресурсов в развитых странах в предыдущие годы наблюдаются структурные сдвиги – нарастание нефти, гидроэнергетики и особенно – ВИЭ, при стабильности газа, рывков в угольном секторе и застое в ядерной энергетике.

Из–за замедления потребления энергоресурсов в развитых странах в предыдущие годы наблюдаются структурные сдвиги – нарастание нефти, гидроэнергетики и особенно – ВИЭ, при стабильности газа, рывков в угольном секторе и застое в ядерной энергетике.

Так что предстоят существенные структурные коррекции.


Так что предстоят существенные структурные коррекции. И все это будет происходить в различных секторах на фоне ускорения рыночных преобразований в условиях обостряющихся геополитических реалий.

Литература

1. Астахов К. Стресс мировой энергетики // НГ «Энергия». 13.12. 2016.
2. Иванов А.С., Матвеев И.Е. Мир топлива и энергии в середине второго десятилетия: борьба обостряется // Бурение и нефть. 2016. № 10. С. 3 ¬ 13.
3. BP Statistical Review of World Energy, June 2016, 46 p. Электронный ресурс. URL: https://www.bp.com/content/dam/bp/pdf/energy-economics/statistical-review-2016/bp-statistical-review-of-world-energy-2016-full-report.pdf (дата обращения: 04.01. 2017).
4. World Bank Commodities Price Data (Pink Sheet) 9-Jan-2017. Электронный ресурс. URL: http://www.worldbank.org/en/research/commodity-markets (дата обращения: 09.01.2017).
5. Воздвиженская А. «Турецкий поток» газует // Российская газета. 11.10.2016.
6. Барсуков Ю. Нефтяники делятся сокращением // Коммерсантъ. 02.12. 2016.
7. Завальный П. Возможности России на мировых рынках недостаточные // НГ «Энергия». 13.12.2016. С. 12.
8. Джумайло А. Широкоугольные перспективы // Коммерсантъ. 02.12.2016.
9. Давыдова А. Как будет реализовываться Парижское соглашение // НГ «Энергия». 13.12.2016.

References

1. Astakhov K. The global energy stress // NG «Energy». 13.12. 2016.
2. Ivanov A.S., Matveev I.E. The world of fuel and energy in the middle of the second decade: the fight escalates // Drilling and oil. 2016. No. 10. Pp. 3 – 13.
3. BP Statistical Review of World Energy, June 2016, 46 p. [Еlectronic resource]. URL: https://www.bp.com/content/dam/bp/pdf/energy-economics/statistical-review-2016/bp-statistical-review-of-world-energy-2016-full-report.pdf (accessed: 04.01. 2017).
4. World Bank Commodities Price Data (Pink Sheet) 9-Jan-2017. [Electronic resource]. URL: http://www.worldbank.org/en/research/commodity-markets (accessed: 09.01.2017).
5. Vozdvizhenskaya A. «Turkish stream» – revs // Russian newspaper. 11.10.2016.
6. Barsukov Ju Oil share reduction // Kommersant. 02.12. 2016.
7. Zavalniy P. Possibilities of Russia on the world markets insufficient // NG «Energy». 13.12.2016. P. 12.
8. Jumailo A. Wide-angle perspective // Kommersant. 02.12.2016.
9. Davydova A. The Paris agreement implementing // NG «Energy». 13.12.2016

Комментарии посетителей сайта

    Функция комментирования доступна только для зарегистрированных пользователей


    Авторизация


    регистрация

    Иванов А.С.

    Иванов А.С.

    к.э.н., доцент, ученый секретарь

    Всероссийский научно-исследовательский конъюнктурный институт (ВНИКИ)

    Матвеев И.Е.

    Матвеев И.Е.

    к.э.н., заведующий отделом энергетических ресурсов и инновационной энергетики

    Всероссийский научно-исследовательский конъюнктурный институт (ВНИКИ)

    Просмотров статьи: 2314

    Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru

    admin@burneft.ru