Новая нефтегазовая стратегия России. Рациональная игра на усиление отрасли?

Под бравурные речи о России, «поднимающейся с колен», суровая рука рынка делала свое благое (как потом оказалось, черное) дело – оценивала устойчивость нашей экономики. И в момент несущихся отовсюду радостных восклицаний о том, что лихое падение национальной валюты откроет рог изобилия импортозамещения, а санкции Запада – та самая манна небесная, что подтолкнет к развитию отечественное производство, на всех нас вылился отрезвляюще холодный дождь глубокого валютного кризиса.

Вердикт рынка суров: двукратное падение курса рубля к доллару и евро в декабре, внезапное отставание российского ВВП на душу населения даже от небогатой Польши, когда-то советских Прибалтийских государств…

И это при наших несметных природных богатствах?!

Нам не все равно, каким будет наше завтра, поэтому мы вновь приглашаем всех, имеющих собственное мнение, к разговору о возможностях нашей нефтегазовой отрасли изменить ситуацию в стране.

We are not all the same, what will be our future, so we again invite all who have their own opinions, to talk about the possibilities of our oil and gas industry to change the situation in the country.

Страна встретила Новый год в экстремальных условиях обрушившегося финансового рынка, рухнувших вниз цен на нефть, свалившегося в пропасть рубля (человек ищет, где лучше, а рубль, где глубже, – «народная» мудрость декабря 2014 г…). А проводили год, заставивший всех примерить на себя роли, как заметил один из наших коллег-журналистов, сначала политика, затем военачальника и, наконец, экономиста… Возможно, сейчас любой здравомыслящий человек и вовсе ощущает себя во всех трех ипостасях сразу, ведь ни политические, ни военные, ни экономические задачи не решены, и сколько-нибудь ясных «дорожных карт» выхода из кризисной ситуации россиянам не предъявлено.
А ведь мы, памятуя о том, что звание «четвертой власти» у СМИ никто не отнимал, старались внести свою лепту в обсуждение и поиск путей развития ключевой отрасли российской экономики, надеясь быть услышанными «вышестоящими» властями (и «первой», и «второй», и «третьей»). В 2014 г. провели солидный опрос экспертов отрасли (№10, стр. 10 – 13; №11, стр. 3 – 10; №12, стр. 3 – 9), чтобы попытаться ответить на риторический вопрос, вынесенный в заголовок: «Как нам ускорить нефтегазовый локомотив экономики». Интерес читателей журнала к заявленному разговору – огромный, об этом говорят и отклики, пришедшие в редакцию, и высокий рейтинг экспертного опроса у посетителей нашего сайта (burneft.ru), и заинтересованная активность экспертов, принявших участие в обсуждении насущных проблем отрасли.
Рис. Как менялись цены на нефть марок Brent и Wti после заседания ОПЕК (c 27 ноября по 12 декабря 2014 г.), долл/барр.
Источник: Межконтинентальная лондонская биржа ICE
О чем говорили наши эксперты? О необходимости менять стратегию развития нефтегазовой отрасли. О желании видеть реальные действия, а не много раз озвученные с разных трибун намерения по модернизации отрасли, поддержку конкретных инициатив по импортозамещению и локализации нефтегазового машиностроения, а не «бухгалтерский» подход к выбору производителя оборудования. Речь шла конечно же и о судьбе российского нефтегазового сервиса, эффективно мотивирующем налогообложении и недостаточно четко прописанной законодательной базе. Впрочем, год уже новый, а проблемы – те же, старые…

И локомотив, который мы общими стараниями усиленно разгоняли, пока, к сожалению, не только не ускорился, но, кажется, и вовсе застыл под парами…

Рубль зачах. Впору разжигать топку ассигнациями… Нефтяные котировки скатились до 54 долл. за барр. Есть прогнозы, что нефть будет стоить и 50, и 40, и даже 30 долл. за барр. А за этими ценами в качестве причин можно назвать бум добычи сланцевого газа в США, отказ стран ОПЕК ограничить добычу нефти (рис.), а для России это означает сжимающийся, как шагреневая кожа, отечественный бюджет… И самое главное: в кризисе тонет вовсе не мир, а лишь одна Россия.
Мы проснулись в другой стране, пишет наш эксперт Анатолий Иванович Булатов, вспоминая пресловутые девяностые. Но все мы утром во вторник 16 декабря 2014 г. практически испытали почти такое же чувство. Взлетевший до небес 100-рублевый евро, доллар стоимостью 80 рублей. Центробанк, пытающийся успокоить валютную панику на рынке, подняв до максимума ключевую ставку рефинансирования. И экономика России, силящаяся переварить сразу несколько наложившихся друг на друга факторов, ее вызвавших: резкое падение цен на нефть, секторальные санкции Запада, валютные спекуляции на внутреннем рынке, кредитный шок, связанный с необходимостью возвращать внешний долг полностью в условиях запрета рефинансирования с помощью заграничного кредитования под малые проценты. И как бы ни успокаивали нас руководители страны, возможные выгоды экспортеров и национальных товаропроизводителей, связанные с ослаблением рубля, теперь «съедаются» дорожающими заимствованиями. Как заметил в беседе с корреспондентом «АиФ» бывший глава Центробанка С. Дубинин, «рынок можно ввести в заблуждение (и даже надолго), но его нельзя обмануть».

С этим приходится жить. И вновь искать возможности вдохнуть жизнь в застопорившийся локомотив.

Не угрюмо ждать перемен, а приближать их – в этом видим нашу сверхзадачу.

С Новым годом, друзья, с надеждой на перемены к лучшему!

О возможности сделать так говорят наши уважаемые эксперты.

ЧТО ДЕЛАТЬ С НЕФТЕСЕРВИСОМ, или БАГАЖ ПУТНИКУ НЕ ПОМЕХА

А.И. БУЛАТОВ,

д.т.н., профессор,
заслуженный деятель науки и техники РФ, заслуженный изобретатель РФ
bulatov-a@yandex.ru
Однажды мы проснулись в другой стране. Многое изменилось. Чтобы жить, нужно было выживать. Распались многие научно-исследовательские, проектные институты, конструкторские бюро (ВНИИ, НИИ, НИПИ, КБ, СКБ) и другие научные организации. Та же участь постигла и НИИ нефтяной промышленности, обладавшие колоссальным научным потенциалом.

Почему распались? В одночасье остались без централизованного финансирования. Многие годы государство не разрешало заключать договоры со сторонними организациями, а потом и вовсе оставило без материальной поддержки. Отдельные руководители сразу почувствовали запах наживы и поспособствовали приватизации наиболее привлекательных участков и кусков «пирога» с немалым трудом созданного хозяйства научных институтов. Такова судьба Краснодарского Всероссийского научно-исследовательского и проектного института по креплению скважин и буровым растворам (ВНИИКРнефть). За четверть века ВНИИКРнефть приобрел огромный научный потенциал (в нем работало 14 докторов наук, более 30 кандидатов наук), имел развитое опытное производство, вплоть до кузнечного, заводы; сырьевые карьеры; автопарк, в том числе специализированный; собственную экспериментальную скважину глубиной более 6000 м с забойной температурой 200 °С; колоссальное приборно-аппаратное хозяйство и многое другое. Здесь создали такие технологии и продукцию, что им удивлялись иностранные специалисты: не было отбоя от японцев, американцев, западноевропейцев, желающих посетить институт. Для обмена опытом при ВНИИКРнефти работал учебный центр.

Незавидная участь постигла все ВНИИ «бурового и ремонтного» профиля. На опустевшем после разорения соответствующих институтов месте стали образовываться всевозможные «СП» и «ООО» с привлечением иностранных специалистов, возникла система высокооплачиваемых супервайзеров зарубежных фирм. Развилась и расцвела пышным цветом коррупция. Сервис в значительной мере перешел в руки западных фирм.

Выросшие на благодатной почве бывших НИИ многочисленные отечественные компании не проявляют интереса к новым разработкам – перелопатить бы то, что в течение многих лет создавалось в научных коллективах. Скажем, при осложнениях ствола скважины теперь считают нужным предупредить… следствие и бороться с ним, а не с причиной, так как выявление причин этих самых осложнений – работа трудная, долговременная, за которую к тому же и не платят. Забыли, например, и про проблемы обеспечения герметичности крепи нефтяных и газовых скважин – основы основ их строительства. А ведь именно от герметичности зависят дальнейшая безаварийная проводка ствола, успешность бурения и освоения скважин, планомерная добыча нефти, наконец, и вероятность необходимости сложного и трудоемкого капитального ремонта, его повторяемость. Сколько теряется продукции из-за возникновения каналов в зацементированном заколонном пространстве? Не поддается подсчету! А сколько случается грифонов, фонтанов…

Разработки разработкам рознь. Есть «тяжелая» тематика, требующая большого опытного производства с обязательным использованием результатов труда сотрудников многих научных направлений по координации тематики, стандартизации, нормализации продукции. Есть более простая – составление рецептур тампонажных и буровых растворов и технологических жидкостей для скважин с температурами ниже 100 °С. С увеличением температур и давлений сложность работ кратно возрастает. Нужна специальная сложнейшая аппаратура, выпуск которой остановлен в связи с прекращением финансирования, а ведь порой отечественное оборудование значительно превосходило зарубежные образцы и по охвату измеряемых параметров, и по надежности, и по дизайну – и по стоимости. Есть технологическая тематика – внедрение и применение на буровой прежних и новых разработок – тоже непростая работа, требующая и знания производства, и научного опыта в разработке экспериментального или промышленного образца, и умения договориться, убедить в необходимости повышения качества и эффективности работ, показать результативность внедрения. Остается только удивляться появлению великого множества разнообразных составов смесей и даже твердеющих жидкостей без твердых наполнителей для изоляции продуктивных горизонтов… Это как россыпь алмазов без обработки. На них нет никаких требований, свойства просто фиксируются в «инструкциях», поэтому и «бриллиантов» из них не получится. В частоколе этих рецептур можно запутаться, отсутствует классификация – что для чего не понять. Исследования подменяются кустарщиной. О стандартизации продукции говорить не приходится.

Сегодня почти никто не занимается решением «локомотивных» проблем, связанных с перспективной тематикой, совершенно заброшена работа по исследованию факторов, определяющих качество (герметичность – важнейшая составляющая!) крепи скважин, нет координации тематики научно-исследовательских опытно-конструкторских разработок (НИОКР). Только появление на рынке (точнее, приобретение каким-то странным образом) нового реагента активизирует его «изучение» на предмет пригодности для обработки буровых, тампонажных растворов или технологических жидкостей. Часто рекламируются липовые преимущества по сравнению с действительно стоящими отечественными материалами (которые ныне уже не используются, так как их производство приостановлено из-за прекращения финансирования).

После частичной или полной утраты отечественной нефтяной научной школы рынок нефтесервиса на 40% захвачен крупными зарубежными и аффилированными с ними российскими компаниями. Отечественные разрозненные, в основном узко ориентированные, компании присутствуют лишь в 20% работ.

Конкурентоспособную продукцию для бурения предлагают компании ЗАО «НГТ» (Н.Д. Деркач), ООО «Бурхимреагенты» (С.А. Абрамов), ООО «Компания «Техномехсервис» (В.И. Мищенко), НПК «Эксбур-к» (В.М. Миненков), ООО «НПО «Химбурнефть» (Ю.Н. Мойса), ООО «БурениеСервис» (Г.Н. Лышко) и немногие другие. Но их мощностей для принципиального решения проблемы не хватает. Разве нужны нам десятки и десятки химических реагентов для обработки жидкостей в одинаковых геолого-физических условиях? Необходимо централизованно профинансировать разработку именно необходимого, составить технические требования, провести пилотные испытания, подработать составы, организовать промышленный выпуск, обеспечить внедрение (в т.ч. замену материалам, привезенным из-за рубежа). Все это задачи первостепенной важности, к тому же вполне решаемые.

Для безаварийного бурения, качественного крепления и разобщения пластов, успешного ремонта скважин необходимы общая координация работ, создание стандартов на новые продукцию и технологические процессы, строительство специализированных заводов, опытных производств для выпуска продукции спецназначения. Пока о необходимости этого говорят профессионалы – участники регулярно проводимых отраслевых конференций ООО «НПФ «Нитпо» (В.М. Строганов). Но этого мало!

Что же делать в условиях американских секторальных санкций? Мы просто обязаны обеспечить весь цикл работ по строительству и ремонту скважин своими разработками, пионерными изделиями и технологиями. Тем более это выполнимо! На мой взгляд, необходимо восстановить и нарастить научный, производственный и сервисный потенциал, который был утрачен. Но как это выполнить при отсутствии желающих исправлять положение? Процветающие (или не очень процветающие) на прежнем научно-промышленном багаже российские фирмы и фирмочки не хотят связывать себя обязательствами и работами, которые не принесут в кратчайшие сроки прибыли. Да и не по плечу им этот колоссальный объем, экономический результат от освоения которого непредсказуем.

Значит, необходимо, опираясь на багаж когда-то успешного, но, к сожалению, теперь ликвидированного (распроданного и, полагаю, не без личной выгоды) недальновидными новыми руководителями ВНИИКРнефти, создавать современный интегральный сервис, по качеству не уступающий ведущим западным фирмам.

Как это работало раньше? ВНИИКРнефть (головная организация) и чуть позже созданное на его научной, экспериментальной и промысловой базе НПО «Бурение» проводили (кроме основной научной и сервисной работы) в масштабах страны и позже СНГ координацию всех научных, опытных, конструкторских работ, определяли места внедрения новых разработок; осуществляли предварительную обкатку продукции на собственном опытном производстве, планировали работы и формировали научные коллективы для выполнения перспективных, но еще не проверенных разработок; организовывали в перспективных нефтегазовых районах научно-производственные лаборатории для помощи нефтяникам и газовикам. По договорам с разными ведомствами здесь обеспечивались создание и выпуск машиностроительной, контрольно-измерительной и химической продукции; осуществлялись отечественная стандартизация разработок (инструкции, СТП, ВТУ, ТУ, ОСТы, ГОСТы – их общий фонд составил 18 870 единиц), правовой контроль над продукцией (от ее опытных образцов до серийного производства), в том числе оценивалось соответствие ее качества требованиям стандартов или ТУ. В состав НПО «Бурение» изначально входили ВНИИБТ, ВНИИТнефть, Пермский филиал ВНИИБТ, АСПКБ, несколько экспериментальных (опытных, ремонтных) заводов, УПИП и КРС, около 20 региональных филиалов, заводы по производству утяжелителей, глинопорошков, химреагентов, региональных специализированных лабораторий и др.

Нефтесервис и вчера, и сегодня – это комплекс услуг: строительство разведочных и эксплуатационных скважин, в том числе зарезка, проводка боковых и горизонтальных стволов; промысловые геофизические работы, приготовление, профессиональное сопровождение использования различных буровых растворов и технологических жидкостей; заканчивание скважин; отработка долот и apeнда гидравлических забойных двигателей, в том числе телеметрического инструментария; супервайзинг бурения и капитального ремонта скважин; интенсификация добычи нефти; повышение нефтеотдачи пластов различными методами; использование химизации процессов добычи и транспорта нефти. По договоренности сторон, круг работ по сервису может быть расширен.

Видимо, некий консорциум, назовем его, к примеру, «ВНИИКРнефтьсервис» – по образцу головного предшественника, отечественному сервису нужен. Важнейший стимул его развития – отсутствие отечественных нефтесервисных компаний, способных оказывать комплексные высокоэффективные услуги на новых и уже разрабатываемых месторождениях, для начала по схеме тематики ВНИИКРнефть. Привлечение к участию в консорциуме ведущих отечественных нефтесервисных компаний и НИИ – таким я вижу путь развития отечественного нефтесервиса. Формирование самодостаточной нефтесервисной отрасли, способной осуществлять стратегию импортозамещения в сфере высоких технологий, кроме прочего, избавит от зависимости от зарубежных оппонентов, объединит лучшие отечественные компании и будет способствовать возрождению российской научной нефтяной школы, обеспечит приоритетность внедрения отечественных материалов, механизмов и технологий.

НА КАКОЙ «ИГЛЕ» СИДЕТЬ ЛУЧШЕ… или ИМПОРТОЗАМЕЩЕНИЕ. ВОПРОСОВ БОЛЬШЕ, ЧЕМ ОТВЕТОВ

В.Е. ЭПШТЕЙН,

к.т.н., генеральный директор
ООО «Центр нефтегазовых исследований и технологий»
info@burneft.ru
Вопрос импортозамещения в нефтегазовой отрасли поднимается уже давно, но до сих пор особого отклика не находил. Давно уже говорилось о том, что сидеть на «игле» импортного оборудования, зарубежного сервиса и технологий – это не только «неудобно» и губительно для отечественной промышленности, но еще и небезопасно, так как отношения между странами, как и между людьми, переживают разные времена.

Нынче об импортозамещении говорят практически все. К сожалению, этот переход не может быть выполнен в одночасье. В тех случаях, когда имеются более или менее конкурентоспособные российские аналоги, ситуация несколько проще. Заказы могут быть просто перераспределены, но и в этом случае может возникнуть ряд вопросов. Кроме собственно наличия эффективных конструкций отечественного оборудования еще должны быть готовы производственные мощности. Готовность этих мощностей должна заключаться в том, чтобы иметь возможность произвести необходимый объем оборудования необходимого качества за определенное время. Мы понимаем, что если фермер засеял поле весной, то осенью он соберет определенное количество продукции вне зависимости от осеннего спроса. Поэтому и в этом случае потребуется время на подготовку, так как необходимые резервы мощностей во многих случаях просто отсутствуют. И разумеется, развитие мощностей требует немалых капитальных вложений. Эти вложения возможны, если у предприятий будет уверенность в том, что вложенные средства окупятся, т.е. компании будут обеспечены заказами хотя бы на среднесрочную перспективу.

Если нет конкурентоспособных разработок, то импортозамещение может пойти по двум направлениям – вынужденная закупка менее эффективных, но имеющихся российских аналогов или создание новых конструкций на базе международного и отечественного опыта. Первый вариант может быть реализован в качестве временной меры, но главной задачей в этом случае является создание новых конструкций. Создание новых конструкций дело не быстрое: 2 – 3 года как минимум, а иногда и того больше. Этот процесс не только требует капитальных затрат, но он еще и высокорисковый, так как результат разработки может быть отрицательным. Поэтому важно налаживание внутренней конкуренции между поставщиками. Создание каждой новой конструкции желательно поручать не одному предприятию, а двум или даже трем. Должны быть созданы механизмы государственной поддержки инновационной деятельности и привлечения в проекты по импортозамещению как государственных, так и частных инвестиций.

Одной из важнейших проблем в импортозамещении является, на мой взгляд, отсталость отечественной элементной базы во многих общемашиностроительных областях. При том, что в области информационных технологий у нас достаточно компетенций и возможностей, налицо фундаментальные проблемы с качественными комплектующими, материалами, элементной базой электрического и гидравлического приводов, подшипниками, уплотнениями и вообще резинотехникой, доступностью проката из качественных марок стали. У нас в стране нефти и газа практически нет производства качественного сырья для полиуретановых изделий. Все названное большей частью импортируется из развитых стран и замещение продукцией из Китая крайне проблематично, так как для этих компонентов очень важны показатели качества.

Как видим, вопросов очень много. Но их необходимо решать, если мы хотим развития не только импортозамещения как такового, но и настоящего развития отечественной обрабатывающей промышленности. И здесь важно избежать соблазна подмены реального импортозамещения на замену одного импорта другим.

«Иглы» могут быть и разными, но ощущения от процесса «сидения» примерно одинаковые…

Комментарии посетителей сайта

    Функция комментирования доступна только для зарегистрированных пользователей


    Авторизация


    регистрация

    Просмотров статьи: 4290

    Рейтинг@Mail.ru

    admin@burneft.ru