Нефтепереработка: а воз и ныне там

Oil refinery: a cart is still there

No one big oil refinery or petrochemical object was built during last years in Russia. The country continues to be a raw material appendix of developed countries. Why?
We address for explanation of this theme to Victor Andreevich RYABOV – general director of Association of oil processors & petrochemists.

Острое понимание необходимости снятия страны с «нефтяной иглы», увеличение глубины переработки нефти, развитие нефтегазохимии стало повсеместным. Строительство современных НПЗ будет сопровождаться увеличением налоговых поступлений, числа рабочих мест, развитием новых технологий, увеличением заказов для других отраслей промышленности, что даст синергетический эффект для развития экономики страны. Однако положение дел в этой сфере остается либо «замороженным», либо улучшается крайне медленно.

За последние годы в России не построено ни одного крупного НПЗ, объекта нефтегазохимии. Страна, по сути, продолжает оставаться сырьевым придатком развитых стран. Почему так происходит?

За разъяснениями на эту тему мы обратились к генеральному директору Ассоциации нефтепереработчиков и нефтехимиков Виктору Андреевичу РЯБОВУ.


– Виктор Андреевич, масштаб проблем, стоящих перед нефтепереработкой, очень велик. Какие шаги предпринимают власти, нефтяные компании в деле исправления ситуации в отрасли?

– Решению проблем нефтеперерабатывающей и нефтехимической отраслей промышленности в настоящее время уделяется большое внимание на всех уровнях государственной власти и нефтяными компаниями. Распоряжением Правительства РФ утверждена «Энергетическая стратегия России на период до 2030 года» (ЭС-2030), приказами Минэнерго России: «Генеральная схема развития нефтяной отрасли Российской Федерации на период до 2020 года» и «План развития газо- и нефтехимии до 2030 года»; также вышло постановление Правительства РФ, закрепляющее обязательства нефтяных компаний по модернизации нефтеперерабатывающих заводов.

– Все ли учтено в документах для динамичного развития отрасли?

– В генеральной схеме развития нефтяной промышленности на период до 2020 г. усиливается сырьевой вектор развития топливно-энергетического комплекса страны: к 2020 г. из 500 млн т/год добываемой нефти на переработку внутри страны предусматривается 230 млн т/год, на экспорт – 270 млн т/год (т. е. на экспорт нефтяного сырья будет направлено на 14,8% больше, чем на переработку внутри страны).

Причем в данной генеральной схеме отсутствуют показатели до 2015 г. Кроме того, вовсе не предусмотрены весьма важные для характеристики развития экономики и благосостояния населения страны показатель уровня душевого потребления нефтепродуктов и индекс комплексности Нельсона. А в ЭС-2030 капитальные вложения на втором этапе (2015 – 2022 гг.) по непонятным причинам снижены в 3 раза.

– Руководство страны видит остроту этой проблемы?

– Выступая в декабре 2011 г. на съезде «Деловой России», В.В. Путин говорил: «Мы должны развернуть эти потоки (деньги и инвестиции) в сферу высокотехнологичного и производственного бизнеса, это принципиальное условие создания и развития новой экономики в нашей стране, иначе мы рискуем и дальше сохранять ущербный характер экономики с преобладающим сырьевым сектором». Он поручил Минэкономразвития и Минфину провести налоговый маневр и оптимизировать те налоги, от которых зависит экономический рост.

– Как обстоит дело с налогообложением нефтепереработки?

– При действующей в настоящее время системе двойного налогообложения нефтепереработка не может существовать (доля налогов в промышленности – 40%, в добыче нефти – 50%, в нефтепереработке – 60%!).

– Как же тогда выходить из наезженной колеи и «вдохнуть жизнь» в отечественную нефтепереработку?

– Основной позор российской нефтепереработки – глубина переработки нефти – из года в год снижается: в 2011 г. среднеотраслевой показатель составляет 70,6%!

Правда, в Уфимской группе заводов (лучшие результаты по стране) ОАО «Уфанефтехим» работает с глубиной переработки 92,0%, ОАО «Ново-Уфимский НПЗ» – 87,2%, ОАО «Уфимский НПЗ» – 75,8%. Неплохо выглядят и заводы ОАО «ЛУКОЙЛ», ОАО «Газпром нефть».

Однако непростая ситуация в ОАО «ТНК-ВР», ЗАО «ФортеИнвест», ООО «Нефтегазиндустрия», ОАО «НК «Роснефть». В ОАО «НК «Роснефть» только один завод (ОАО «Ангарская НХК») имеет показатель по глубине переработки нефти выше среднеотраслевого (табл.).
Табл. Глубина переработки нефти на перерабатывающих предприятиях ОАО «НК «Роснефть»
Необходимо реализовать программы ОАО «НК «Роснефть» по модернизации НПЗ, и в первую очередь по вводу таких мощностей, как каталитический крекинг в ОАО «Куйбышевский НПЗ» и ОАО «Сызранский НПЗ». И уже есть некоторые подвижки. «Роснефть» выделила на 2012 г. дополнительные средства на модернизацию и реконструкцию своих НПЗ.

– Очевидно, нужны экономические регуляторы, учитывающие экономический интерес компаний?

– ОАО «НК «Роснефть», например, ввела новую должность – вице-президента по нефтепереработке. Пост занял гендиректор Ачинского НПЗ Игорь Павлов. Он станет ответственным за выполнение программы модернизации семи заводов госкомпании. Основная задача нового вице-президента – проследить за реализацией инвестиционной программы, чтобы она была выполнена в срок и эффективно. Если все планы будут реализованы, маржа нефтепереработки может вырасти на 30 – 50%: с текущих около 18 долл/барр.

Для стимулирования внедрения процессов глубокой переработки нефти Правительством РФ с 1 октября 2011 г. введена система расчета экспортных пошлин на нефть и нефтепродукты «60-66-90». Но она ведет к увеличению нагрузки на мазут и одновременно способствует снижению таможенных пошлин на нефть. А это по-прежнему усиливает сырьевой вектор развития экономики страны. При этом глубина переработки нефти снижается.

– Некоторые специалисты отвергают упрек в том, что за 20 лет не построено ни одного крупного НПЗ. Ведь создано более сотни средних и мелких НПЗ (составляющих, правда, всего около 7% в общей нефтепереработке). Как ассоциация видит будущее мелких и средних НПЗ?

– АНН беспокоит их дальнейшая судьба. Начиная с 2006 г., на заседаниях правления ассоциации периодически рассматривались вопросы состояния «средних» НПЗ, давались рекомендации по их развитию и конкурентоспособности. Но положение практически не изменилось.

«Середнячки» часто ищут только сиюминутный выход из положения. Так, ряд НПЗ стали выпускать печное топливо, которое потребители используют в качестве дизельного. И как результат: опять можно ничего не делать. А что дальше?

– Сейчас часто говорят об отставании в производительности труда, энергоемкости и материалоемкости нашей продукции. Как же снижать издержки производства?

– Почти год назад президент Д.А. Медведев поставил перед крупнейшими госкомпаниями ТЭК задачу – за три года снизить расходы на 27%. Она решается развитием конкурентоспособного производства, энергосбережения, автоматизации и компьютеризации, с помощью высококвалифицированных кадров и при соответствующей оплате труда. Программа грандиозная.

Нефтяным компаниям надо более активно проводить политику строительства на НПЗ собственных энергоблоков. Для стимулирования их строительства надо просить Минэнерго РФ подготовить проект федерального закона о доступе генерирующих мощностей НПЗ к внешним электрическим сетям. Эту программу можно и нужно решать как первоочередную и стратегическую, так как она дает выгоду в разы больше, чем торговля нефтью.

– Известно, что изношенность оборудования на НПЗ и предприятиях нефтехимии – примерно 70 – 80%. Какими могут быть шаги по экономичной и безаварийной эксплуатации основных средств отрасли?

– Постоянно ужесточающиеся требования обеспечения безопасной эксплуатации нефтехимических производств заставляют руководство нефтяных компаний совершенствовать технологию производства и систему управления. Федеральным агентством по техническому регулированию и метрологии введены в действие с января 2011 г. национальные стандарты ГОСТ Р 53563-2009 «Мониторинг состояния оборудования опасных производств. Порядок организации», ГОСТ Р 53564-2009. «Мониторинг состояния оборудования опасных производств. Требования к системам мониторинга», ГОСТ Р 53565-2009. «Мониторинг состояния оборудования опасных производств. Вибрация центробежных насосных и компрессорных агрегатов». Вышеперечисленные стандарты позволяют перейти от системы планово-предупредительного обслуживания к безопасной ресурсосберегающей эксплуатации оборудования опасных производств по фактическому техническому состоянию в реальном времени, на основе систем мониторинга.

Одной из важных проблем в строительстве и развитии новых НПЗ являются высокие издержки в реализации инвестиционных проектов, связанные с отсутствием гармонизации отечественных и европейских норм в сфере безопасности и экологии.

На совещании в г. Сочи В.В. Путин отметил, что необходимо как можно скорее привести стоимость возведения объектов инфраструктуры в соответствие с мировыми стандартами. «У нас все дороже, потому что мы пользуемся регламентами 1960 – 1970-х годов». Исходя из этого, логично, на наш взгляд, рассмотреть возможность прямого применения западных норм при проектировании и строительстве объектов нефтепереработки и нефтехимии в России.

В настоящее время нефтяными компаниями разработаны и внедряются существенные программы по модернизации и реконструкции НПЗ. Думаю, при их реализации заводам целесообразно, по возможности, снести все старые морально и физически изношенные технологические установки и объекты общезаводского хозяйства. Высокие финансовые вложения нефтяных компаний в модернизацию старых, морально и физически устаревших, производств не сделают их конкурентоспособными в сравнении с передовыми западными фирмами. Высокозатратность производственного процесса, энергетического обеспечения, несовершенство систем управления производством и ряд других обстоятельств в конечном итоге негативно скажутся на ценообразовании конечной продукции.

С вводом новых современных технологических процессов одновременно будут решаться и вопросы промышленной безопасности и экологии.

– Виктор Андреевич, в последнее время говорят о неких технологических платформах, которые могут быть хорошим инструментом для инновационного прорыва. Что они собой представляют?

– Технологические платформы появились и получили распространение в Евросоюзе. Это механизм частно-государственного партнерства в области научно-технического и промышленного развития, обеспечивающий выработку и реализацию долгосрочных приоритетов в масштабах отдельных секторов экономики и направленный на объединение усилий науки и бизнеса на всем протяжении цикла разработки и производства инновационной продукции вокруг наиболее перспективных, с точки зрения спроса, инновационных проектов.

Правительственной комиссией по высоким технологиям и инновациям в августе 2010 г. технологическая платформа «Глубокая переработка углеводородных ресурсов» включена в состав 27 утвержденных технологических платформ. Однако в первоочередных задачах ее, как это ни странно, отсутствуют объекты глубокой переработки нефти.

– Непонятно, куда смотрели специалисты, представляющие отраслевую науку?

– Само положение отраслевой науки сегодня тоже вызывает немало вопросов. При рассмотрении проекта «дорожной карты», в рамках ЭС-2030, Ассоциация нефтепереработчиков и нефтехимиков направила в Минэнерго России предложения по оказанию финансовой поддержки отраслевым научно-исследовательским институтам. Однако эти предложения в окончательной редакции энергостратегии-2030 не были учтены.

Вопрос о сложном финансовом состоянии отраслевых институтов и невостребованности отечественных разработок со стороны российских нефтяных компаний при строительстве и модернизации нефтеперерабатывающих и нефтехимических производств неоднократно рассматривался на заседаниях правления ассоциации. Наши институты имеют целый ряд конкурентоспособных проектов технологических процессов для переработки нефти и нефтехимии, не уступающих лучшим мировым аналогам. Однако, по данным РАН, вклад России в мировую науку в 2009 г. составил только 2%, при этом вклад ученых США оценивается в 35%. А ведь в США на постоянной основе трудится миллион ученых и специалистов из России, которые создают более четверти американских технологических новинок. В России же помощи государства отраслевым институтам, акционером которых оно является, практически нет.

– Слияния и поглощения, происходящие в последнее время, что это – веление времени, желание сильных проглотить «мелкую рыбешку» или интеграция для успешного ведения бизнеса в интересах отрасли, страны? Что даст объединение нефтепереработчиков и нефтехимиков в корпорацию?

– В практике стран с развитой рыночной экономикой корпорация является наиболее распространенной формой организации управления крупным производством, созданная для защиты интересов и привилегий ее участников, образующая самостоятельное юридическое лицо и выступающая от их лица. В России также возникли и действуют корпорации. Они представляют собой хозяйствующие субъекты, занимающие доминирующее положение на определенном рынке. Это большие производственные комплексы, сфера деятельности которых связана не только с производственной, но и финансовой деятельностью.

Для многих современных предприятий образование корпораций является условием выживания: сохранения кадров, научных подразделений, социальной инфраструктуры, получения заказов, обеспечения материально-технического снабжения и сбыта готовой продукции. Для экономики в целом такое направление организационного развития стало предпосылкой подъема и прогресса (экономика России опирается на деятельность крупных монополий, а мировой рынок – это рынок транснациональных корпораций, разделенный между ними). Организационная структура российской промышленности довольно близка к корпоративной. Это ставит условия выбора перед средними НПЗ – индивидуальное выживание или объединение интересов.

– А есть ли выбор?

– Ранее некоторыми нефтяными компаниями прорабатывался вопрос строительства нефтехимического комплекса в г. Абинске Краснодарского края (на юге России – вместо выведенных из эксплуатации мощностей грозненских НПЗ), а также в Мурманске и Архангельске (где незамерзающее море) – ОАО «ЛУКОЙЛ», строительства нефтеперерабатывающего завода на северо-западе России с использованием Балтийской трубопроводной с системы (БТС-2) – «Кириши» – ОАО «Сургутнефтегаз».

Затем политика компаний в этом вопросе изменилась, с точки зрения бизнеса: началось приобретение НПЗ в Европе, а о строительстве новых НПЗ в России речи уже нет, что негативно сказывается на развитии территорий в социальном плане: не появляются дополнительные рабочие места, не растут налоговые отчисления.

Меняется ориентация стратегии развития новых НПЗ: от копеечных вложений на выработку прямогонных нефтепродуктов до миллиардных вложений в глубокую переработку углеводородного сырья и выпуск конкурентной наукоемкой продукции. Не сравнить возможности ВИНК, где сосредоточены основные сырьевые ресурсы, ключевые места переработки и сбыта продукции, огромные финансовые потоки и, естественно, возможности не выживания, а распоряжения рынком сбыта готовой продукции, т. е. вытеснения и влияния на слабых игроков; и вроде бы самостоятельных средних предприятий… Независимость НПЗ является больше термином, нежели завоеванным фактическим положением. Большинство заводов, если не пересмотрят свою стратегию развития и структурных преобразований, будут просто несостоятельными, чтобы продолжить свой бизнес в нефтепереработке.

Главная задача корпорации – это посредничество между компаниями и государством. Государство не может извлечь максимальную выгоду от размещения и использования средних независимых НПЗ, а компании не могут достучаться со своими проблемами до государства. Использование преимуществ государственного и частного партнерства возможно только через структуру корпорации.

Надо четко понять, что корпорация – не иждивенческая надстройка, а компания, приносящая огромные дивиденды учредителям, имеющая возможности привлечения инвестиций или инвесторов, как со стороны государства, так и частных лиц; способная в интересах учредителей создавать или привлекать финансовые и банковские структуры, страховые компании; способствовать строительству новых предприятий глубокой переработки углеводородного сырья, в т. ч. побочных продуктов, катализаторов и отходов производства.

Не воспользоваться имеющейся возможностью – значит, подвергнуть бизнес переработки нефти дополнительному риску и внешнему влиянию монополий в жестких условиях рынка, который после вступления России в ВТО стал уже межнациональным, тем более что углеводородные ресурсы всегда были и будут политизированы.

Комментарии посетителей сайта

    Функция комментирования доступна только для зарегистрированных пользователей


    Авторизация


    регистрация

    Рябов В.А.

    Рябов В.А.

    генеральный директор

    Ассоциация нефтепереработчиков и нефтехимиков

    Просмотров статьи: 4487

    Рейтинг@Mail.ru

    admin@burneft.ru