Проблема разграничения Каспийского моря

Историко-правовой аспект

THE PROBLEM OF CASPIAN SEA LIMITATION
Historical and legal aspect

L. RUBAN, The Center of Global Studies «East-West» of the National Research University «Moscow Power Engineering Institute»

Проблема разграничения Каспийского моря, установления его правового статуса и режима – одна из самых актуальных и сложных в бассейне Каспий­ского моря (БКМ). Это связано не только с наличием месторождений углеводородного сырья, но и богатым и уникальным разнообразием биоресурсов. Автор прослеживает постоянно меняющуюся историческую принадлежность Каспийского моря, подробно останавливается на правовых аспектах этой проблемы издревле и до наших дней, анализирует уровень и результаты международного сотрудничества в сложном переговорном процессе по пока не завершенному разграничению Каспия.

The problem of delimitation of the Caspian Sea, establishment of its legal status and regime is one of the most urgent and complex in the Caspian Sea basin (CSB). This is due not only to the availability of hydrocarbon deposits, but also to the rich and unique diversity of bioresources. The author traces the ever-changing historical identity of the Caspian Sea, dwells in detail on the legal aspects of this problem from time immemorial to the present day, analyzes the level and results of international cooperation in a complex negotiation process for the yet-incomplete delineation of the Caspian Sea

РОССИЯ И ПЕРСИЯ.
ПРЕДМЕТ СПОРА – КАСПИЙ

В древние времена важность Каспийского моря заключалась в его стратегической значимости: по нему и вокруг него пролегали знаменитые торговые пути из Европы в Среднюю Азию, Персию, Индию и далее на Восток, в т.ч. «Великий шелковый путь».
Одной из первых стран, с кем установила дипломатические отношения Россия после создания Посольского Приказа в 1586 – 1594 гг., была Персия, но отношения между странами развивались не гладко, а прикаспийские земли часто переходили от одной страны к другой, и обратно. XVIII век привел к утверждению России на Каспии после Персидского похода Петра I в 1722 – 1723 гг. К Российской империи по Санкт-Петербургскому договору 1723 г. отошли прикаспийские провинции Персии с городами Дербент, Решт и Астрабад. По приказу Петра I в Астрахани был заложен порт и начато строительство российского флота, а Персия, наоборот, потеряла право судоход­ства на Каспийском море.

Российско–иранская война 1804 – 1813 гг. закончилась подписанием 12 октября 1813 г. Гюлистанского мира, по которому Россия присоединила Дагестан и Северный Азербайджан. Договор подтвердил свободное плавание в Каспийском море русских и иранских торговых судов и исключительное право России иметь военный флот на Каспии.

В ходе двух русско–персидских войн 1804 – 1813 гг. и 1826 – 1828 гг. северные границы Персии отодвинулись к реке Аракс, по которой они проходят и сегодня.

После смерти Петра I малолетним Петром II 13 февраля 1729 г. был заключен новый Рештский трактат с персами, по которому часть завоеванных у них провинций была возвращена. В 1735 г. Анна Иоанновна передала Персии Прикаспийские провинции, завоеванные Петром I в Персидском походе 1722 –1723 гг., но, спустя чуть менее века после девятилетней войны, Персия снова потеряла контроль над значительной частью Южного Кавказа. Российско-иранская война 1804 – 1813 гг. закончилась подписанием 12 октября 1813 г. Гюлистанского мира, по которому Россия присоединила Дагестан и Северный Азербайджан. Договор подтвердил свободное плавание в Каспийском море русских и иранских торговых судов и исключительное право России иметь военный флот на Каспии. В ходе двух русско-персидских войн 1804 – 1813 гг. и 1826 – 1828 гг. северные границы Персии отодвинулись к реке Аракс, по которой они проходят и сегодня.
9 декабря 1881 г. в Тегеране состоялось подписание русско-иранской конвенции о разграничении территорий, но без определения границы в водах Каспия. В августе 1907 г. по англо-русскому соглашению Персия была поделена на русскую (северную) и английскую (южную) сферы влияния. Между ними была сохранена нейтральная зона, которую Петербург и Лондон договорились осваивать совместно. Русско-английская интервенция 1911 г. закрепила полуколониальное положение Персии. Отметим, что российскими юристами и дипломатами Каспийское море квалифицировалось как закрытое и находящееся под властью (юрисдикцией) России. Такова была неизменная точка зрения от Федора Мартенса [1] до Л.А.Комаровского и В.А.Ульяницкого [2].
В марте 1918 г. правительство Советской России распорядилось вывести из Персии русские войска, а 26 февраля 1921 г. был подписан советско-персидский договор, по которому аннулировались все долги Персии России. Россия объявила ранее заключенные между ними договоры недействительными. Оба государства обязались соблюдать границу по начертаниям Разграничительной Комиссии 1881 г.
Россия отказывалась от пользования островами Ашур Ада и другими островами у побережья Астрабад­ской провинции, возвратила местечко Фирузе и окружающие его земли, передала в полное владение Персии денежные суммы, ценности, актив и пассив Учетно-Ссудного Банка Персии, движимое и недвижимое имущество этого банка, а также российские концессии и имущество:
а) шоссейные дороги Энзели – Тегеран и Казвин – Хамадан со всеми относящимися к этим дорогам землями, постройками и инвентарем;
б) железнодорожные линии Джульфа – Тавриз и Софьян – Урмийское озеро со всеми постройками, подвижным составом и другим имуществом;
в) пристани, товарные склады, пароходы, баржи и другие транспортные средства на Урмийском озере, со всем относящимся к ним имуществом;
г) телеграфные и телефонные линии со всем имуществом, зданиями и инвентарем;
д) порт Энзели с товарными складами, электрической станцией и др. постройками.
По условиям советско-иранского договора 1921 г. утратил силу мирный трактат, заключенный в Туркманчае 10 февраля 1828 г. и его статья VIII, и Персия получала право иметь флот в Каспийском море; кроме того, было отменено монопольное право владения концессиями на рыбную ловлю в Каспийском море русских подданных. В Договоре 1921 г. российская сторона (в одностороннем порядке) объявила об утрате юридической силы международных документов, умаляющих права персидского народа.
Мы подробно остановились на Договоре 26 февраля 1921 г. между РСФСР и Персией, т.к. наряду с Договором 25 мая 1940 г. между СССР и Ираном, данными правовыми документами регулируется статус Каспийского моря по настоящий момент. Следует отметить, что отношение сторон к названным договорам не всегда было однозначным, периодически руководство Ирана выступало за денонсацию базового договора 1921 г. Так было в 1959 г., когда планировалось подписание советско-иранского договора о дружбе и ненападении, но иран­ская сторона 5 марта 1959 г. подписала двустороннее военное соглашение с США на 20 лет. Вопрос о денонсации Договора 1921 г. снова был поднят после образования Исламской Республики Иран в 1979 г.
Итак, современный правовой режим Каспия определяется положениями советско-иранских договоров 1921 и 1940 гг., по которым в море должно обеспечиваться свободное судоходство для судов под флагами прибрежных государств и свободное рыболовство граждан прикаспийских государств по всей акватории, за исключением 10-мильной прибрежной полосы, где промысел по Договору 1940 г. резервируется за судами прибрежного государства.

МОРЕ ИЛИ ОЗЕРО?

В Договоре 1940 г. о торговле и мореплавании были развиты положения (ст. 16) Советско-Иранской конвенции о поселении, торговле и мореплавании 1931 г. и Договора 1935 г. об установлении торговли и судоходства между СССР и Ираном. Говоря о суверенитете (принад­лежности), следует отметить, что по договорам 1921 и 1940 гг. и сопутствующим им юридическим документам (письмам, нотам, соглашениям и конвенциям), Каспий рассматривался «как море советское и иранское», тем самым расширялось право судоходства, а установление исключительной 10-мильной прибрежной полосы (национальной рыболовной зоны) определяло право собственности (рис. 1).
В настоящий момент неопределенность географического статуса Каспия обусловливает неопределенность его юридического статуса и ставит вопрос: «Какова должна быть делимитация Каспийского моря?». Уточним, что Женевская конвенция 1958 г. о континентальном шельфе использует термин «срединная линия» в случае разграничения между государствами с противолежащими берегами. Конвенция ООН по морскому праву 1982 г. использует метод «срединной линии» только для территориального моря, а при повышенной извилистости и неправильности берегов рекомендует обращаться к упрощенной «срединной линии» и возможному обмену на практике равноценных площадей вдоль срединной линии между сторонами.

Российскими юристами и дипломатами Каспийское море квалифицировалось как закрытое и находящееся под властью (юрисдикцией) России. Такова была неизменная точка зрения от Федора Мартенса до Л.А.Комаровского и В.А.Ульяницкого

Если рассматривать Каспий как замкнутое или полузамкнутое море, то, в соответствии с Конвенцией ООН (1982 г.) по морскому праву, каждое из прибрежных государств имеет 12-мильную зону «территориального моря», по которой проходит его граница, и вдобавок, по статьям 55 – 57 данной Конвенции, «исключительную экономическую зону», прилегающую к его границе на расстоянии 200 морских миль (рис. 2), если она не накладывается на сопредельные «исключительные экономические зоны» других государств.

Cовременный правовой режим Каспия определяется положениями советско–иранских договоров 1921 и 1940 гг., по которым в море должно обеспечиваться свободное судоходство для судов под флагами прибрежных государств и свободное рыболовство граждан прикаспийских государств по всей акватории, за исключением 10–мильной прибрежной полосы, где промысел по Договору 1940 г. резервируется за судами прибрежного государства.

В случае пересечения территориальных морей происходят делимитация морей стран-участников и раздел по срединной (медианной) линии, равноудаленной от береговых линий прибрежных государств. По данному разграничению самые большие секторы – у Казахстана, Туркмении и Азербайджана. Причем по части Х данной конвенции Волго-Донской и Волго-Балтийский каналы рассматриваются как международные водные пути и тогда для прибрежных государств (Азербайджана, Ирана, Казахстана и Туркмении) предполагается право на свободу транзита по ним.
Если же Каспий определяется как международное озеро (рис. 3), то озера делятся между прибрежными государствами и линии раздела являются продолжением государственных границ или раздел проходит по линиям, соединяющим центральную точку озера с точками выхода границ прибрежных государств на береговую линию.
После распада СССР Азербайджан, Казахстан и Туркмения в качестве прибрежных государств выдвинули требования о закреплении за ними национальных участков Каспия и с 1992 г. начался переговорный процесс по делимитации Каспийского моря и разграничению суверенитетов прибрежных стран на нем.
Основу данного процесса заложила Декларация 21 декабря 1991 г. в Алма-Ате, по которой новые независимые государства обязывались признавать все договорные обязательства СССР.
Переговорный процесс шел как на многосторонней основе, так и на двусторонних встречах. Результатом стало реальное осмысление собственных интересов и оформление конкретных позиций прикаспийских государств по вопросу раздела Каспия к концу ХХ в. Так, в феврале 1992 г. Иран на межправительственной конференции в Тегеране предложил заключить Договор о региональном сотрудничестве на Каспийском море и учредить региональную организацию для регулирования всех вопросов освоения Каспия и его ресурсов на основе суверенного равенства и учета прав и интересов всех прикаспийских государств. Этот призыв нашел отражение в Коммюнике, принятом на тегеранской конференции.


В сентябре – октябре 1992 г. на пятисторонней Тегеранской конференции прибрежных государств стороны в совместном Коммюнике договорились об определении сфер совместных действий по комплексной программе решения проблем Каспийского моря и образовании специализированных комитетов, в том числе и по правовому статусу Каспия.
В 1993 г. прикаспийские государства начали предпринимать односторонние попытки решения данной проблемы. Туркменистан принял закон «О государственной границе», в соответствии с которым им было объявлено об установлении на Каспии своих внутренних вод, территориального моря и исключительной экономиче­ской зоны.
На Московской конференции полномочных представителей прибрежных государств 11 – 12 октября 1994 г. Азербайджан впервые предложил разделить Каспийское море на секторы прибрежных стран и объявил об «азербайджанском секторе Каспийского моря», на этой основе в сентябре 1994 г. был заключен контракт с международным консорциумом по освоению каспийских нефтяных месторождений. Азербайджанская сторона стала определять Каспийское море как «пограничное озеро», закрепив в 1995 г. это понятие и суверенитет своего сектора, включающего дно, водную толщу и воздушное пространство, в своей Конституции (статья II, пункт 2).
Так как Казахстан начал работы в районах на дне Каспия, на которые стремился распространить свой суверенитет, он решился на установление «своего сектора». В этих целях был создан консорциум, аналогичный бакинскому.
Россия заявила, что по проблеме освоения минеральных ресурсов дна Каспия она исходит из необходимости согласования между всеми прикаспийскими государствами обязательных условий и правил такой деятельности с заключением соответствующего соглашения. Российской стороной подчеркивалось, что Каспийское море на протяжении длительного исторического периода являлось объектом совместного использования прибрежных государств и представляет собой международную территорию, режим которой определяется по соглашению со всеми прибрежными государствами. Российская сторона исходила из того, что оптимальный промысел биоресурсов должен сохраняться за прибрежными сторонами в пределах 20-мильной зоны рыболовной юрисдикции, ежегодно на основе научных исследований должен определяться объем общедопустимого вылова мигрирующих рыб (осетровых, лососевых, сельдевых), а также каспий­ского тюленя.

30 января – 2 февраля 1995 г. в Ашхабаде в согласованном проекте сохранения

и использования биоресурсов Каспийского моря указывалось, что Каспийское море является уникальным природным образованием межгосударственного использования.

30 января – 2 февраля 1995 г. в Ашхабаде в согласованном проекте сохранения и использования биоресурсов Каспийского моря также указывалось, что Каспийское море является уникальным природным образованием межгосударственного использования.

НА ОСНОВЕ КОНСЕНСУСА

Следует отметить, что 1995 г. привнес новый механизм в решение Каспийской проблемы: был учрежден постоянно действующий институт переговоров по определению международно-правового статуса Каспия в форме рабочих групп на базе МИД прибрежных государств. И в июне 1995 г. в Тегеране в качестве един­ственного способа принятия решений по Каспию был определен принцип консенсуса.
Принцип консенсуса был подтвержден и в совместном Заявлении о сотрудничестве по использованию Каспийского моря, сделанном Президентами Республики Казахстан и России 27 апреля 1996 г. В пункте 1 Заявления указывалось, что «Новый правовой статус Каспия должен быть определен прикаспийскими государствами на основе консенсуса. Никто не вправе решать вопрос о правовом статусе Каспийского моря в одностороннем порядке…» [3], а в пункте 4 стороны высказали убеждение, что взаимное участие в освоении природных ресурсов Каспийского моря отвечает их обоюдным интересам.
На второй встрече постоянных рабочих групп в сентябре 1995 г. Азербайджан, Казахстан, Туркменистан и Иран (РФ не присутствовала) приняли совместное Коммюнике, закрепившее идею формирования единого документа по статусу и режиму Каспийского моря.
Неуспех многосторонних встреч перевел обсуждения из пятисторонних в русло двусторонних, что было предложено на майском (1997 г.) заседании рабочей группы в Алма-Ате. Эффективность ориентации на двусторонние встречи не замедлила сказаться. 6 июля 1998 г. РФ и Республика Казахстан заключили Соглашение «О разграничении дна северной части Каспийского моря в целях осуществления суверенных прав на недропользование» на основе срединной линии. Этапным событием в каспийском переговорном процессе стало принятие Декларации между Республикой Казахстан и РФ о сотрудничестве на Каспийском море.
9 января 2001 г. РФ и Азербайджаном были подписаны Бакинская декларация и совместное заявление о принципах сотрудничества на Каспии, исходящее из того, что дно делится на зоны недропользования между прибрежными государствами, а толща моря и его поверхность остаются в общем пользовании, также предусматривается совместная разработка спорных месторождений из расчета «50 на 50». 18 ноября 2001 г. в Москве был сделан новый шаг: подписано Соглашение между Казахстаном и Азербайджаном о разграничении дна Каспийского моря между этими республиками.
Итак, три прибрежных государства – Россия, Азербайджан и Казахстан – заняли единую позицию по делимитации Каспийского моря, вытекающую из принципа «делим дно, а вода – общая». Иран выразил мнение, что соглашение о правовом режиме на Каспии, подписанное Азербайджаном и Казахстаном, противоречит существующим юридическим документам, регламентирующим статус этого моря. 12 марта 2001 г. в Москве на встрече Президента России В.В. Путина и Президента Ирана М. Хатами было принято совместное заявление по правовому статусу Каспийского моря, в пункте 3 которого указывалось, что все решения по Каспию будут иметь силу только в том случае, если они будут приняты с общего согласия пяти прикаспийских государств.
При анализе отношений между РФ и Ираном относительно делимитации Каспия следует помнить, что до сих пор условная граница между Ираном и СССР, а затем Россией, государствами СНГ и Ираном на Каспийском море проходила по советской «прямой линии» раздела «Астара – Гасан-Кули», южнее которой Тегерану отходит менее одной десятой акватории, т.е. 12 – 13 %. Официально зафиксированной морской границы между СССР, а потом Россией и Персией (Ираном) никогда не было, хотя в договорах 1921 и 1940 гг., Соглашениях по рыболовству от 1931 – 1935 гг. раздел рыболовных зон шел именно по данной линии.
В Приказе НКВД СССР 1934 г. по охране пограничниками была установлена в одностороннем порядке линия «Астара – Гасан-Кули» (423,2 км) по Каспийскому морю (как внутренняя административная мера), по которой происходило разграничение территориальных вод и воздушного пространства между СССР и Ираном, причем на практике не допускалась ловля рыбы иранскими судами за пределами линии Астара – Гасан-Кули. Кроме этого, морские и воздушные суда Ирана без предварительных согласований не пересекали и не нарушали эту условную границу. Производилось задержание персидских судов только при пересечении ими 10- и 12-мильных прибрежных зон, а запрет на наименование в присутствии персидской стороны советской части Каспия «советской» или «принадлежащей СССР» указывал на односторонность действия данного документа.

B июне 1995 г. в Тегеране в качестве единственного способа принятия решений по Каспию был определен принцип консенсуса

Итак, повторим еще раз: официально зафиксированной морской границы между СССР и Персией, а потом Россией и Ираном – никогда не было. За всю историю дипломатических отношений между этими странами ни в одном договоре даже не упоминалось о морских границах между ними, хотя при описании сухопутных границ указывались крайние пункты западных и восточных (закаспийских) территорий – Астару и Гасан-Кули. Такие упоминания мы можем найти в Туркманчайском договоре (10 февраля 1828 г.) и разграничительной Конвенции от 9 декабря 1881 г. в Соглашении между СССР и Ираном об урегулировании пограничных и финансовых вопросов от 2 декабря 1954 г., где делимитация идет только по сухопутным территориям «в закаспийском (восточном) участке границы до залива Гасан-Кули и называется закавказский (западный) участок границы (от реки Аракс)».
Следует отметить, что РФ заинтересована в разделе дна моря по так называемой срединной (модифицированной) линии. В этом случае сектор Казахстана – 26 %-ный, у России – 19 % (18,7 %), примерно столько же у Азербайджана и Туркмении, у Ирана – около 14 %.
Позиция Ирана по проблеме делимитации Каспия противоречива. Сначала ИРИ выступала за поэтапное решение каспийских проблем, предложенное ею же еще в 1992 г., чтобы ускорить формирование Экономического сообщества стран Каспия. Эту идею поддержали все страны региона. Потом Иран потребовал кондоминиума, потом отказывался от него.
Однако не «просто воды и дна» хочет Тегеран, а конкретные разведанные и подтвержденные месторождения. Для реализации этого требования в июле 2001 г. Тегеран продемонстрировал «мускулы» – иранские боевые самолеты вынудили азербайджанские суда прекратить нефтеразведочные работы, которые велись азербайджанскими судами на нефтяном блоке Араз – Алов – Шарг по контракту с британской компанией British Petroleum в морском секторе, на который претендуют Тегеран и Баку. Тогда только одновременное вмешательство Москвы, Вашингтона и Анкары предотвратило вооруженный конфликт между двумя странами.
Проблемы со спорными месторождениями имеют и Азербайджан с Туркменией. Если следовать идее о срединной линии, то позиция Азербайджана безу­пречна. Однако данный принцип не устраивает туркмен: из-за того, что Апшеронский полуостров далеко выдвинут в море, граница проляжет в непосредственной близости от туркменского берега и значительная часть спорных месторождений, на которые претендует Ашхабад, достанется Азербайджану. В качестве альтернативы Туркменистан предлагал т.н. широтный метод раздела: между берегами проводится параллель, а по равноудаленным с точки зрения географической широты точкам – срединная линия.
13 мая 2002 г. на заседании ЕврАзЭС в Москве между РФ и Казахстаном было подписано Соглашение о разграничении Северного Каспия с привязкой к географическим координатам, а также о юрисдикции месторождений и подтверждено принятое в Алма-Ате предложение по юрисдикции Курмангазы (РК), Хвалынскому и Центральному (РФ) и совместному использованию данных месторождений, исходя из соотношения 50 % на 50 %. По Курмангазы 50 % российской доли подразделялись на 25 %, которые выделялись для освоения и разработки уполномоченной компании. Другие 25 % были переданы «Зарубежнефти». Следующим крупным шагом было подписание в Москве 23 сентября 2002 г. президентами РФ и Азербайджана соглашения о разграничении сопредельных участков дна Каспийского моря.

ЭКОЛОГИЯ – ВО ГЛАВЕ УГЛА

В ноябре 2003 г. в Тегеране Азербайджаном, Ираном, Казахстаном, Россией и Туркменистаном была подписана рамочная Конвенция «Об охране окружающей морской среды Каспийского моря» в связи с необходимостью развития сотрудничества по защите морской среды Каспия от загрязнения, включая защиту, сохранение, восстановление, устойчивое и рациональное использование его биоресурсов. 12 августа 2006 г. рамочная Конвенция вступила в силу и является первым и един­ственным юридически обязательным соглашением, принятым всеми пятью прикаспийскими странами по преодолению экологического кризиса, вызванного разрушением среды обитания, промышленным загрязнением и избыточным отловом рыбных ресурсов и морских животных.
Крупным событием стала встреча 16 октября 2007 г. в Тегеране президентов прикаспийских государств Азербайджана, Ирана, Казахстана, России и Туркменистана, на которой была подписана Декларация из трех разделов, включающих 25 пунктов.
18 ноября 2010 г. в Баку было подписано «Соглашение о сотрудничестве в сфере безопасности на Каспийском море» по борьбе с терроризмом, организованной преступностью, незаконным оборотом оружия и боеприпасов, взрывчатых и отравляющих веществ, военной техники, оборотом наркотических средств, отмывания доходов, контрабандой, пиратством, торговлей людьми, нелегальной миграцией и браконьерством.
16 августа 2011 г. в г. Актау в рамках 3-й сессии Конференции сторон Рамочной (Тегеранской) конвенции по защите морской среды Каспийского моря полномочные представители прикаспийских стран подписали Протокол «О региональной готовности, реагировании и сотрудничеству в случаях инцидентов, вызванных загрязнением нефтью».
Итак, наиболее проработанным в правовом отношении является взаимодействие стран бассейна Каспий­ского моря в сфере экологии. Уже на первом этапе существования СНГ были подготовлены и подписаны Соглашение о взаимодействии в области экологии и охраны окружающей природной среды от 8 февраля 1992 г. и 18 октября 1996 г. – Концепция формирования информационного пространства Содружества независимых государств (СНГ). На основе этих документов сформировалась межгосударственная эколого-информационная система (МЭИС), координация формирования которой была возложена на Межгосударственный экологический совет. 11 сентября 1998 г. было подписано Соглашение об информационном сотрудничестве в области экологии и охраны окружающей природной среды стран СНГ.
Эти положения нашли дальнейшее развитие в Соглашении о сотрудничестве в области экологического мониторинга от 13 января 1999 г. На 15-м пленарном заседании Межпарламентской Ассамблеи государств-участников СНГ был принят Модельный закон об экологическом страховании (постановление № 15-6 от 13 июня 2000 г.) и было дано толкование понятия «экологическая безопасность».
На основании Модельного закона СНГ об экологическом страховании (постановление № 15-6 от 13 июня 2000 г.) был принят Закон Республики Казахстан от 13 декабря 2005 г. № 93-III ЗРК «Об обязательном экологическом страховании», регулирующий общественные отношения, возникающие в области обязательного экологического страхования, и устанавливающий правовые, экономические и организационные основы его проведения.
На 27-м пленарном заседании Межпарламентской Ассамблеи государств-участников СНГ (постановление № 27-8 от 16 ноября 2006 г.) был принят Модельный экологический Кодекс СНГ по регулированию правовых отношений в экологической сфере. Тем самым была сформирована правовая основа для регулирования всех видов деятельности с целью сохранения окружающей среды и биологических ресурсов.
Важность принятых документов переоценить невозможно, так как Северный Каспий является заповедной зоной в связи с уникальным биоразнообразием, которое необходимо сохранить для будущих поколений. Всем понятно, что успех и процветание в бассейне Каспийского моря возможны только через сотрудничество всех прибрежных стран, хотя путь к нему долог и нелегок.

Литература

1. Мартенс Ф. Современное международное право цивилизованных народов. Т. 1. С.-Пб., 1904. С. 385.
2. Комаровский Л.А., Ульяницкий В.А. Международное право. М., 1908. С. 79.
3. Казахстанско-Российские отношения (1991 – 2000 гг.). Сборник документов и материалов. Астана – Москва, 2001. С. 270.

References

1. Martens F. Modern international law of civilized nations. Vol. 1. Saint Petersburg, 1904. P. 385.
2. Komorowskiy L.A., Ulianitskiy V.A. International law. M., 1908. P. 79.
3. Kazakh-Russian relations (1991 – 2000). A collection of documents and materials. Astana – Moscow, 2001. P. 270.

Комментарии посетителей сайта

    Функция комментирования доступна только для зарегистрированных пользователей


    Авторизация


    регистрация

    Рубан Л.С.

    Рубан Л.С.

    д.с.н, профессор, руководитель международного проекта «Диалоговое партнерство как фактор стабильности и интеграции»

    Институт энергетических исследований РАН

    Просмотров статьи: 851

    Rambler's Top100

    admin@burneft.ru