Состояние мировой энергетики на рубеже 2013 года

World energy`s position at the outset of 2013

A. IVANOV, I. MATVEEV, Market Research Institute

Даны – анализ положения на мировом энергетическом рынке на рубеже 2013 г. с изложением рыночной ситуации в 2012 г. и – анализ основных параметров рынка за 2011 г. Показаны обострение социально-политической обстановки в энерго-значимых регионах (в частности, на Ближнем Востоке) и стремление ряда государств к «перенастройке».

The article makes the assessment of the world energy market on the eve of 2013 by presenting market situation in 2012 and analyzing basic figures for 2011. The social and political situation (notably in the energy-significant Middle East) is shown as distorting traditional structure of international trade in energy commodities, as well as the natural and technical disasters influencing their production/consumption. Special attention is paid to the production of shale gas and of the renewable energy.

Мировая энергетика, находящаяся в начале очередного (в исторической ретроспективе) этапа тектонических перемен, связанных со сменой доминирующего энергоносителя, вступает в 2013 г. отягощенной наследием серьезных разнонаправленных вызовов конца 2000-х – начала 2010-х гг. – природных и техногенных катастроф, социально-политических и военных потрясений в энерго-значимых регионах. В то же время она – неуклонно движима научно-техническим прогрессом как в базовых секторах, так и в новых инновационных сегментах – продукции сланцевого топлива и возобновляемых источников энергии, а также в сферах энергосбережения, энергоэффективности и охраны природы.

В завершившемся 2012 г. все еще проходило трудное «выползание» мировой экономики из глобального финансово-экономического кризиса и ее балансирование на грани нового «срыва» по ряду причин (угроза долгового кризиса, очаги военной напряженности, нестабильная ситуация в ряде стран объединенной Европы и т. д.).

Совокупность текущих событий, наложенных на резонанс волн циклических социально-экономических преобразований человечества, вызвала заметную аритмию в энергопроизводстве, исказила его региональные параметры, а также сместила траектории международных товаропотоков энергоносителей. Происходили даже локальные перебои в снабжении и потреблении отдельных видов энергетических ресурсов.

В целом в 2012 г., несмотря на эти обстоятельства, габаритные параметры мирового энергетического рынка оказались усредненными, а цены на базовые товары (нефть и газ) оставались на достаточно высоком уровне, приемлемом для крупнейших игроков, и не вызывали экстремально острых дискуссий между основными нетто-экспортерами и масштабными нетто-импортерами углеводородов.

На мировом энергетическом рынке качественная амплитуда многих процессов превзошла событийную картину прошлых лет, что выразилось, в частности, в изменении локальных конфигураций производства и распределения энергоресурсов, соотношении цен нефти основных марок, а также в усилении роли крупнейших нефтегазовых компаний.

Основные показатели мирового энергетического рынка

Общие показатели мировой энергетики свелись в предшествовавшем 2011 г. к относительно ровным итогам. По данным «British Petroleum», глобальное потребление первичной энергии выросло на 2,5% к уровню 2010 г., что соответствовало среднегодовым темпам прироста за истекшее десятилетие; приблизился к этому показателю и рост в 2012 г. При этом динамика расширения энергопотребления традиционно уступала скорости нарастания глобального ВВП (в 2011 г. на 3,7% и примерно 3,3%, по оценке МВФ, в 2012 г.),1 отражая происходящий процесс снижения энергоемкости производства.

В интересах повышения энергетической безопасности мировое сообщество прилагало усилия по разведке невозобновляемых источников энергии. Вследствие повышения оценок запасов сырья, находящегося в первую очередь в нефтеносных песках Канады и залежах Венесуэлы, а также других месторождениях, глобальные запасы нефти существенно выросли (к началу 2012 г. до 234 млрд тонн), что позволило скорректировать период обеспеченности мировой экономики данным энергоносителем по состоянию на начало 2012 г. до 54 лет (против 46 лет в начале 2011 г.). Кроме того, в результате повышения оценок залежей природного газа в Туркмении (в 1,8 раза), Иране, Китае и США (сланцевого газа) мировые запасы газа увеличились к 2012 г. до 208 трлн м3 (в начале 2011 г. – 196 трлн м3), а предполагаемый срок их использования – с 59 лет до 64 лет. Объем мировых залежей угля остался прежним, хотя расчетный период их потребления был несколько сокращен – до 112 лет (со 118 лет в начале 2011 г.) ввиду повышения оценки ежегодного мирового расхода данного энергоносителя.
Рис. 1. Структура мирового энергопотребления по традиционным видам топлива в 2000 г. и 2011 г.
Источник: рассчитано по «BP Statistical Review of World Energy, June 2012».
Мировым лидером по запасам минерального энергетического сырья оставался регион Ближнего Востока, на долю которого в 2011 г. приходилось 48% нефти и 36% газа (для РФ аналогичные показатели составили 5,3% и 21,4% соответственно). Кстати, 28% мировых запасов газа заключает в себе месторождение «Южный Парс», находящееся на территории Ирана и Катара.

На современном этапе в мировой экономике нефть остается доминирующим энергоносителем, обеспечивая более 1/3 суммарных потребностей и, прежде всего, – транспортного сектора, хотя в наступившем веке глобальная добыча данного ресурса повышалась достаточно низкими темпами (менее 1% в год); в новом десятилетии нарастает сложность технологических усилий (и финансовых затрат) по добыче.

В 2000-х гг. в газовом секторе производство повышалось на 2 – 3% в год; 2011 г. не стал исключением, однако за этими показателями скрываются разноплановые глубинные процессы. Так, в указанном году данный рынок был отмечен серьезными преобразованиями, при этом он начал приобретать ощутимую глобальность. Мировое производство данного энергоносителя увеличилось в результате развития добычи в Туркмении (на 41% к уровню 2010 г.), Катаре (на 26%), Бразилии (на 16%), Саудовской Аравии (на 13%), Казахстане (на 10%), Китае (на 8%) и резкого наращивания разработок месторождений нетрадиционных видов данного сырья в США (на 8%). Важно, что сегментированные газовые рынки, привязанные к трубопроводному транспорту, оживили свою интеграцию путем расширения сектора сжиженного природного газа и межконтинентальной торговли СПГ. В целом в 2011 г. доля газа, поступающего в каналы международной торговли, увеличилась до 34,7% (в 2010 г. – 29,2%), а доля СПГ в суммарных поставках – до 32,3% (в 2010 г. – 29,1%). Приемные терминалы для СПГ сооружены уже в 29 странах; товаропотоки и торговые схемы по данному продукту стабильно множатся и совершенствуются.

В расходной части мирового энергобаланса уголь продолжал наращивать свою долю (в 2011 г. – около 30% суммарного потребления первичных энергоносителей) ввиду увеличения его добычи в АТР (Китае, Индии и Индонезии).

В 2011 г. «возмутителем спокойствия» стала ядерная энергетика. Отголоски катастрофы на АЭС «Фукусима» в Японии сказались на национальной энергетической политике многих государств. В результате были ужесточены нормы соответствующих нормативных документов для японских атомных станций, при этом к концу 2010 г. загрузка национальных АЭС снизилась до 68%, а к концу 2011 г. – до 38%; в апреле 2012 г. последние 2 из 24 реакторов Японии были закрыты на профилактику. Для компенсации выпавшей атомной генерации станций был увеличен импорт СПГ (до 78,5 млн т н.э.). Под впечатлением от событий в Японии ряд стран пересмотрел свои программы использования атомной энергии. В частности, ФРГ с марта 2011 г. остановила 7 из 17 имевшихся реакторов и приняла решение о постепенном выведении из эксплуатации оставшихся АЭС к 2022 г. В 2011 г. в Германии выработка атомной энергии снизилась на 23%, Японии – на 44%, а в целом в мире данный показатель сократился на 4,3% (табл. 1).
Табл. 1. Структура и динамика мирового энергопотребления по видам энергоресурсов в 2000 – 2011 гг. 1)
1) Учитываются основные традиционные ресурсы, поступающие через коммерческие каналы.
2) Возобновляемые источники энергии (ВИЭ) включают энергию ветра, солнца, геотермальную энергию, бытовые отходы и учитываемую биомассу.
Источник: рассчитано по «BP Statistical Review of World Energy, June 2012».
Что касается других масштабных аварий в энергетике, то они также оставили свой деформирующий след. Так, за известной катастрофой платформы «Deepwater Horizon» в Мексиканском заливе (апрель 2010 г.) последовали не только почти годичный запрет на глубоководное бурение в регионе (и оставление многими платформами акватории Южной Америки и Африки), но и ужесточение экологических требований и разработка новых технологий по предотвращению утечки продукта. Однако все оказалось не так просто.

В марте 2012 г. на добывающей платформе «Elgin» («Total») в Северном море произошла еще одна масштабная утечка газа, которая могла повлечь коллапс экосистемы большой акватории. В срочном порядке были эвакуированы все 238 человек, обслуживающие платформу, а также экипажи двух соседних платформ; британские власти объявили зону отчуждения вокруг места аварии, закрытой для морского и воздушного транспорта. Кроме того, сверхвысокое давление в скважине затруднило работы по приостановке утечки газа.

Необходимо подчеркнуть, что в настоящее время морские месторождения обеспечивают около 35% мировой добычи нефти и 32% газа, хотя в России лишь около 3% нефти добывается с морских месторождений (Сахалин и Северный Каспий). Значительная часть обширного шельфа России и потенциально продуктивных глубоководных акваторий приходится на арктические зоны, в связи с чем их освоение носит особо сложный характер. Поэтому вполне объяснимы причины перенесения на более поздние сроки освоения Штокмановского проекта.

Сезон ураганной активности в США в 2012 г. (ураган «Сэнди», октябрь) принес разрушения и временную приостановку некоторых нефтеперерабатывающих предприятий в стране и вызвал взлет внутренних цен на бензин.

Ценовые рекорды и региональные перекосы

Одной из особенностей обозреваемого периода стало преодоление в 2011 г. среднегодовой ценой на нефть психологического барьера в 100 долл/барр. В целом за указанный год цена нефти Brent достигла 111 долл/барр. (что оказалось на 39,4% выше аналогичного показателя 2010 г.) и вплоть до конца 2012 г. удерживалась на уровне 112 долл. Во многом это явилось следствием специфики нефтяного рынка, ярко проявившейся в истекшие месяцы, о чем столь четко и прямолинейно высказался генеральный директор ВТО Паскаль Лами.

Он, в частности, подчеркнул: «На нефтяной рынок воздействуют три основные фактора, которые влияют на цены: спрос и предложение (но он не является определяющим), геополитика, а также стремление нефтепроизводителей генерировать постоянный поток финансовых средств от продажи сырья». Далее он добавил, что «рынка нефти нет, а имеется картель», который устанавливает правила, при этом единые международные правила торговли отсутствуют. Тем не менее, во многих странах мира имеется антимонопольное законодательство, которое стимулирует конкуренцию, и его главная цель – предотвратить появление картелей.2
Рис. 2. Среднемесячные цены на нефть – средневзвешенную (APSP) в 2008 г. – январе-ноябре 2012 г., долл/барр.
Источник: «World Bank, Washington D.C., Development Prospect Group (Releases)», www.worldbank.org
И еще один ценовой феномен имел место на нефтяном рынке в 2011 – 2012 гг. Вследствие расширения добычи нефти в США и Канаде, благодаря внедрению технологий разработки нетрадиционных видов сырья, произошли существенные изменения в региональных соотношениях спроса и предложения, что привело к резкому снижению внутренних цен на энергетические товары. Так, если за последние 20 лет цена западно-техасской нефти WTI, как правило, превышала цену Brent в среднем на 6 – 7%, то в 2010 г. данные показатели практически сравнялись (на уровне 79,8 долл/барр.), а в 2011 г. ситуация кардинально изменилась – цена нефти Brent на 17% превзошла цену маркера WTI; превышение в 18% сохранялось и почти весь 2012 г., достигнув в октябре рекордных 25%.
Табл. 2. Цены на основные виды топлива в 2000–2011 гг., январе–ноябре 2012 г.
1) На базе средних ежедневных котировок: Brent, Dubai Crude и WTI в равных долях.
2) По разовым сделкам американской компании «Nuexco».
Источник: «World Bank», December 6, 2012.
В целом за 11 месяцев 2012 г. цены на нефть, трубопроводный газ в Европе, а также СПГ (cif, Япония) немного превышали аналогичные среднегодовые показатели за 2011 г., тогда как на уголь, урановый концентрат и внутренняя цена природного газа в США находились ниже соответствующих уровней, что отражало конъюнктуру глобального рынка и находилось в русле основных тенденций трансформации мирового энергетического хозяйства.

Сопоставление стоимостей тепловых единиц в основных видах топлива показало, что c 2009 г. нарастало стоимостное превышение нефти над природным газом. Приводимые в материалах «ВР» данные по стоимости 1 млн БТЕ (британских тепловых единиц) в указанных видах топлива показало, что нефть заключала в себе наиболее дорогостоящую теплоемкость. В свою очередь СПГ (поставляемый в основном по долгосрочным контрактам), ранее повышавшийся по стоимости вместе с газообразным продуктом, последние 4 года стал ускоренно дорожать (табл. 3, рис. 3).
Рис. 3. Цена тепловой единицы в нефти и газе в 2000 – 2011гг., (долл/млн БТЕ)
Источник: «BP Statistical Review of World Energy, June 2012», p. 31
В то же время в связи с расширением добычи сланцевого газа в США и существенным снижением издержек его производства резко снизилась внутриамериканская цена на него (в рамках трубопроводных кластеров), в 2012 г. более чем в 4 раза, уступая европейской цене, что также внесло межрегиональную ценовую сумятицу. На фоне последовавшего за фукусимской катастрофой сокращения выработки энергии АЭС расширились мировые поставки СПГ: по данным Международной группы импортеров этого продукта, в 2011 – 2012 финансовом году его товаропотоки увеличились на 18%, что значительно превысило аналогичные показатели по другим видам топлива; шло активное строительство приемных терминалов в странах Юго-Восточной Азии.

Влияние геополитических факторов

Минувшие 2011 и 2012 гг. были отмечены масштабными деструктивными геополитическими потрясениями, носившими зачастую силовой характер. Имеются в виду политические волнения в ряде арабских стран, в частности прямое вмешательство западных государств в события в Ливии, которое привело к свержению руководства страны и трехкратному падению национальной добычи нефти. В Сирии аналогичное снижение составило примерно 13%, да и в Египте нефтяная отрасль также испытывала проблемы. Возросшую напряженность на мировом рынке нефти усугубила угроза закрытия Ормузского пролива, через который проходит 35 – 40% международных товаропотоков нефти.

Энергетическая геополитика со стороны западных стран реализовывалась в жестких и довольно изощренных формах. Так, США в стремлении заставить Иран (а это четвертый мировой продуцент нефти и газа) отказаться от программ развития ядерной энергетики в конце 2011 г. приняли закон о введении эмбарго на импорт иранской нефти, а с 1 июля 2012 г. к данному запрету присоединился Евросоюз; аналогичное ограничение коснулось также компаний из Японии, Республики Корея и Индии. Следуя в данном направлении, весной 2012 г. страховые компании ЕС приостановили страховое обеспечение танкеров из Ирана, а ведущее страховое общество «Lloyds Register» под давлением США прекратило выдавать заключения о соответствии нормам безопасности и экологическим стандартам – танкерам и контейнеровозам Ирана (всего – около 60 судов). Между тем азиатские страны обычно осваивали примерно 60% нефтяного экспорта Ирана (половина из этого объема приходилась на КНР) и около 18% направлялось в Европу.
Табл. 3. Цена тепловой единицы в нефти и газе 2000 – 2011 гг., (долл/млн БТЕ)
1) Средняя цена нефти, сиф страны ОЭСР.
2) Средняя цена природного газа, сиф ФРГ.
3) Средняя цена СПГ, сиф Япония.
4) Внутренняя цена трубопроводного газа («Henry Hub»).
Источник: «BP Statistical Review of World Energy, June 2012», p. 31.
Пользуясь ситуацией, Саудовская Аравия, ОАЭ, Кувейт и Ирак, увеличив добычу до рекордных рубежей, с готовностью освоили внезапно открывшиеся рыночные ниши. Таким образом, на запрете закупок иранской нефти в очередной раз заработали другие страны – члены ОПЕК. Что касается России, то если в 2010 г. РФ первенствовала в мире по добыче и нефти и газа, то в 2011 г. ее слегка потеснили на вторые места: по нефти – Саудовская Аравия, «ухватившая» ливийскую нишу (доля Аравии в мировой добыче составила 13,2% против российских 12,8%), а по газу – США, увлекшиеся податливым сланцевым газом. Правда, это достигалось ценой применения экологически вредной технологии гидроразрыва пласта с использованием значительных объемов воды и опасностью загрязнения подземных вод и риском «проседания» почвы, тем не менее, в стране доля сланцевого газа в суммарной добыче данного энергоносителя превысила уровень 20%.

Использование возобновляемых источников энергии

Технический прогресс в сфере возобновляемых источников энергии (ВИЭ) позволил достичь достаточно высоких темпов прироста производства «зеленой» энергии (17 – 19% в год). Тем не менее, использование ветровой, солнечной, геотермальной и других видов возобновляемой энергии из-за высокой начальной капиталоемкости обеспечивает пока менее 2% коммерческого энергоснабжения и сосредоточенно в сравнительно небольшом круге стран. Половина мировых мощностей ВИЭ расположена в четырех государствах – США, Германии, Китае и Испании. Расширение применения ВИЭ – объективная реальность современного мира, которая отражает ориентацию ведущих стран мира на 6-ой технологический уклад (с усилением роли, в частности, гелио-, ядерной энергетики, других ВИЭ). Характеризуя сектор ВИЭ в плане энергоэффективности, на наш взгляд, можно обобщить, что данные сегменты:
  • выполняют роль «драйверов» высокотехнологичного развития мировой экономики и энергетики;
  • позволяют использовать финансовые средства на внутреннем рынке в целях поддержания и развития национальной экономики и служат высокодоходными точками приложения капитала;
  • стимулируют создание новых высококвалифицированных рабочих мест;
  • позволяют снизить вредные выбросы в окружающую среду;
  • направлены на повышение национальной энергобезопасности;
  • являются частью инструментария, используемого для решения масштабных задач по переделу традиционных энергетических рынков и сфер влияния как государств нетто-импортеров и нетто-экспортеров, так и ведущих нефтегазовых транснациональных корпораций.
Рис. 4. Страны – лидеры освоения мирового потенциала ВИЭ в 2011 г. (в % глобального производства)
Источник: «BP Statistical Review of World Energy, June 2012».
Таким образом, развивая сферу ВИЭ, наращивая «чистую» генерацию и внедряя инновации на стыке отраслей, передовые промышленно развитые страны решают целый комплекс инновационных задач, начиная от снижения спроса на углеводороды и повышения энергоэффективности до развития экспорта технологий и дальнейшего продвижения экономик по пути научно-технического прогресса.

Мировые энергетические лидеры

В мире по масштабам производства и потребления энергоресурсов выделяются три крупнейшие энергетические державы – Китай, США, Россия, а также объединенная Европа, согласующая свою энергетическую политику в рамках Евросоюза.

Китайская экономика, развивавшаяся в последние несколько лет динамичнее экономик других стран, за минувшее десятилетие в два с половиной раза увеличила потребление и выработку энергетических ресурсов, в 2005 г. догнав США по производству энергоресурсов и в дальнейшем закрепив за собой мировое лидерство по данному показателю. События последних лет показали быстро растущую роль КНР на энергетическом рынке; национальная модель развития которой подтвердила свою жизнестойкость, сочетая преимущества гибкости малого бизнеса и мощи государственного сектора. Стремительным броском увеличив за десятилетие добычу угля в 3,5 раза – вплоть до фантастического рубежа в 2 млрд т н. э. (49,5% мирового объема) и втрое нарастив выпуск гидроэлектроэнергии – до 19,8% мирового показателя, КНР намного обогнала преуспевавших Бразилию, Канаду и США. Показательно, что в сравнительно новой высокотехнологичной и капиталоемкой сфере возобновляемых источников энергии Китай вошел в тройку лидеров (1/10 мирового производства), уступив только США и Германии. Согласно плану текущей – 12-й пятилетки Китая, в период с 2011 г. по 2015 г., намечено сократить на 16% энергоемкость ВВП страны и увеличить (на 3 пункта) долю энергии, получаемой из возобновляемых источников – до 11,4 %. Запланировано также ввести в эксплуатацию несколько десятков гидроэлектростанций суммарной мощностью 120 ГВт, ветровых установок (70 ГВт) и солнечных батарей (51 ГВт).3
Табл. 4. Динамика объемов избытка топлива в основных нетто-экспортирующих странах в 2000 – 2011 гг.
Источник: Рассчитано по «BP Statistical Review of World Energy, June 2012».
Табл. 5. Динамика объемов нехватки топлива в основных нетто-импортирующих странах в 2000 – 2011 гг.
Источник: Рассчитано по «BP Statistical Review of World Energy, June 2012».
В 2009 г. КНР вышла на первое место в мире по масштабам потребления энергоресурсов, при этом нараставшая в последние годы внутренняя нехватка энергоносителей (более 150 млн т н. э.) является несомненным стабилизирующим фактором мирового рынка нефти.

В первом полугодии 2012 г. Китай резко расширил импорт газа (на 44% против 1 полугодия 2011 г., – до 19,8 млрд м3), хотя потребление увеличилось за этот период скромнее – на 16% (до 72 млрд м3).4
Табл. 6. Структура энергетических балансов в основных странах-нетто-экспортерах и нетто-импортерах энергоресурсов в 2000 г., 2005 г., 2010 г. и 2011 г., млн т н. э.
Источник: Составлено по данным «BP Statistical Review of World Energy» june 2012


США оставались масштабным и относительно стабильным потребителем первичной энергии, объем которой в 2011 г., вследствие повышения энергоэффективности, находился на 2% ниже уровня десятилетней давности. В результате активного освоения новых национальных ресурсов (преимущественно газа) самообеспечение страны за последние 5 лет выросло на 11%, потребность во внешних источниках снизилась с 720 млн до 460 млн т н.э. В дальнейшем правительство страны прогнозирует стабильное снижение импорта ископаемого топлива.

Россия (третий в мире производитель и потребитель энергоресурсов), традиционно экспортируя углеводороды и наращивая с конца 90-х гг. объемы их поставок, по совокупному экспорту всех видов топлива за последнее десятилетие является крупнейшим в мире нетто-экспортером в объеме примерно 600 млн т н. э.

Согласно данным таможенной службы, в 2011 г. поступления от продажи российской нефти выросли на 1/3 и составили 171,7 млрд долл. (при сокращении физического объема на 6,4% против 2010 г. – до 219,1 млн тонн), а сумма от экспорта природного газа увеличилась на 34% до 58, 5 млрд долл. (при некотором увеличении поставок).5 В конце октября 2012 г. в российском энергетическом секторе произошла существенная консолидация: «Роснефть» согласовала с британской «ВР» приобретение 50% акций ТНК-ВР за 17,1 млрд долл. и уступку 12,84% своих акций. Кроме того, была достигнута договоренность о приобретении в дальнейшем второй половины акций ТНК-ВР за 28,7 млрд долл. (с использованием заемных средств). Объединенный гигант станет крупнейшим в стране добывающим комплексом, а синергия использования комбинации его мощностей позволит повысить эффективность в области разведки, нефтедобычи, развития газового бизнеса, оптимизации логистики нефти и нефтепродуктов.6 Страны Европейского Союза по суммарному потреблению топлива вполне сопоставимы со странами – лидерами в этой группе. Сравнение их потребностей с внутренней добычей высвечивает устойчивую масштабность их внешнего спроса, оцениваемую примерно в 950 млн т н. э.

Глобальное производство и потребление энергоресурсов

Следует отметить, что национальная структура потребления первичных энергоносителей определяется как наличием собственных природных ресурсов и транспортных возможностей, так и сложившейся спецификой внутренних потребностей.

Нефть, как топливный ресурс, универсальна в использовании и легко транспортабельна. Она естественным образом преобладает в структуре потребления многих стран – продуцентов нефти (2011 г., доля, %): Саудовской Аравии – 59, Бразилии – 45, Венесуэле и Индонезии – по 42. Особенно значима роль нефтепродуктов для обеспечения транспортного сектора; в государствах, насыщенных транспортными средствами (независимо от наличия собственных ресурсов) на долю нефти приходится более 1/3 соответствующего потребления: в ЕС – 38%, США – 37%, Японии – 42%.

Большинство экономик мира ориентируется на использование региональных энергоносителей, которые и определяют основные приоритеты промышленного и бытового потребления. Так, в 2011 г. в государствах с богатыми залежами угля его доля в энергопотреблении составила (%): в Китае – 70, ЮАР – 74, Казахстане – 60, Польше – 58, Индии – 53, Австралии – 40.

В 2011 г. в странах, добывающих природный газ, повышалась степень обеспеченности им; доля данного сырья в энергопотреблении достигла (%): в Туркмении – 82, Азербайджане – 63, Алжире – 62, Иране – 57, России – 56, Аргентине – 51, США – 28. Показательно, что внутренние потребности стран Ближнего и Среднего Востока обеспечивались нефтью на 49,6%, а природным газом – на 48,5%.

Велико значение природного газа в энергопотреблении ряда государств, снабжаемых из внешних источников (%): Белоруссии – 65, Италии – 42, Венгрии – 40, Украины – 38, Германии – 21, Испании – 20.

В ряде стран, обладающих гидроресурсами, крупные ГЭС (мощностью более 25 МВт) являются значительным или даже основным источником энергии. Например, в Норвегии доля ГЭС в суммарном производстве первичной энергии достигает 64% , Бразилии – 36%, Швеции – 30%, Швейцарии – 27%, Канаде – 26%.

Отдельные экономики, располагая весьма ограниченными внутренними энергоресурсами, полагаются на атомную энергию. В 2011 г. в энергобалансе Франции на ее долю приходился 41%, в Швеции – 27, Швейцарии – 22, Финляндии – 19, Бельгии – 17, Украине – 16, Республике Корея – 13. После фукусимской катастрофы снизилась значимость ядерной энергии в Японии (с 13 до 8%) и Германии (с 10 до 8%). Лидирующим продуцентом атомной энергии продолжали оставаться США (31% соответствующего мирового производства).

В 2011 г. среди 10 крупнейших нетто-экспортеров энергоресурсов (33% мирового производства и 16% глобального потребления) помимо России выделялись такие страны, как (млн т н.э.): Саудовская Аравия – около 400, Австралия, Катар, Индонезия и Норвегия – порядка 170.

Некоторые экономики постоянно наращивали свою энергоэкспортную ориентацию. Так, Россия нарастила соответствующий вывоз с 37% в 2000 г. до 47% в 2011 г., Австралия – с 54 до 59%, Казахстан – с 52 до 69%, Катар – с 81 до 86%, Индонезия – с 46 до 54%. В то же время ряд традиционных экспортеров ископаемого топлива поддерживали неизменной долю продаж на внешних рынках (Норвегия, Канада) или даже снижали ее (ОАЭ, Венесуэла, Алжир).
Рис. 5. Динамика производства и потребления первичных энергоресурсов в Китае, США, России и странах ЕС – в 2000 г., 2010 г. и 2011 г., млн т н. э.
Источник: Рассчитано по «BP Statistical Review of World Energy, June 2012».
К числу 10 крупнейших нетто-импортеров энергоресурсов (40% мирового производства и 58% потребления) кроме Китая относились такие страны, как (млн т н.э.): Япония – около 410, Германия и Индия – примерно по 210, Республика Корея – 220. При сохраняющейся во многих странах ограниченности внутренних энергоресурсов по мере экономического роста наблюдалось усиление их зависимости от внешних поставок. Так, с 2000 г. по 2011 г. возросло значение импорта в обеспечении топливом Японии – с 81% до 87%, Индии – с 28% до 37%, Германии – с 64% до 66%. В целом весьма высокая зависимость от импорта характерна для таких стран, как Япония, Республика Корея, Тайвань (86 – 89%), а также Испания. Несколько меньшую напряженность испытывала Франция (53%), опирающаяся на атомную энергетику. Как уже отмечалось, импортозависимость США неуклонно снижалась (с 27% в начале 2000-х гг. до 20% в 2011 г.).

Табл. 4, 5, 6 и рис. 5 показывают движение сальдо энергетических балансов основных участников рынка топлива. Не менее показательными являются структуры баланса по видам топлива, что выявляет энергетическую «специализацию» каждого государства, размеры его «избытков» и «дефицитов» по каждому виду топлива. Обращает на себя внимание, в частности, почти полное отсутствие собственных ресурсов нефти и газа в таких промышленно развитых странах, как Япония, Франция и Испания, а также в Республике Корея и на Тайване; лидер ЕС – ФРГ обеспечена собственными ресурсами лишь на 1/3.

Международная торговля энергоресурсами

Данные о фактической торговле основными видами топлива напрямую свидетельствуют о возрастающей значимости международных поставок в обеспечении рынка. Так, по данным «ВР», с 1996 г. по 2009 г. доля добываемой нефти, идущей через каналы международной торговли, повысилась с 55,9 до 68,2%, а доля природного газа – с 19,0 до 29,4%. Заметен очевидный прогресс в качественном составе поставляемой продукции: только за 2007 – 2011 гг. доля СПГ в поставках природного газа выросла с 29,1 до 32,3%, а доля нефтепродуктов в суммарном торговом обороте нефтяных товаров – с 26,5 до 29,4%. Основные покупатели нефти и нефтепродуктов – США, Япония и Китай (примерно 40% межрегиональных поставок), а природного газа – США, Япония, ФРГ и Италия – также около 40% суммарных международных поставок газа (табл. 7, 8).
Табл. 7. Межрегиональные поставки нефти и нефтепродуктов в 2007 – 2011 гг., млн т н. э.
Источник: Рассчитано по «BP Statistical Review of World Energy, June 2012».
Табл. 8. Международные поставки природного газа и СПГ в 2007 – 2011 гг., млрд м3
Источник: Рассчитано по «BP Statistical Review of World Energy, June 2012».

Энергетическое сотрудничество как важный фактор развития региональных и мирового рынков

Для участников мирового энергетического рынка, независимо от их масштабов и целей, наступил качественно иной период, требующий нахождения новых алгоритмов действий для преодоления современных вызовов, возникающих в социальной, политической и технологической сферах. В период технологической трансформации глобальной экономики уровень проблем повысился настолько, что их эффективное и менее затратное решение чаще всего лежит в плоскости совместных действий, на что, по мнению авторов, и необходимо ориентироваться всем странам – импортерам, экспортерам и транзитерам энергоресурсов.

Вопросы мировой энергетики критически важны для экономики России; в 2011 г. вывоз отечественных энергоносителей находился на уровне 335 млрд долл. и сформировал примерно 65% (в финансовом выражении) экспортных поступлений страны.

Прошлый 2012 г. ознаменовался важными событиями на российском энергетическом рынке. Так, в конце года было подписано соглашение об основных условиях приобретения компанией «Роснефть» 100% акций ТНК-ВР у британской компании «BP» и у консорциума «ААР». В итоге объединенная компания будет добывать в РФ около 200 млн тонн нефти в год (примерно 5% мировой добычи), а доказанные запасы по международной категории превысят 5 млрд т н. э.7 Кроме того, в декабре 2012 г. Россия приступила к строительству газопровода «Южный поток» стоимостью 16 млрд евро (морская часть – около 10 млрд, а сухопутная – 6 млрд). Его маршрут пройдет по территории Болгарии, Сербии (с отводами в Хорватию, Боснию и Герцеговину), Венгрии, Словении и Италии (г. Тарвизио). Всего планируется построить четыре нитки газопровода суммарной мощностью 63 млрд. м3 топлива в год, при этом начало поставок намечено на конец 2015 г., а строительство последней предполагается завершить к концу 2018 г.8 Таким образом, Россия укрепила свой статус мировой энергетической державы и нацелилась на реализацию крупномасштабных проектов по разработке месторождений с трудноизвлекаемыми запасами, в том числе углеводородных залежей на шельфе.

Литература

  1. «BP Statistical Review of World Energy, June 2012», [Электронный ресурс] URL: www.bp.com/assets/bp_internet/globalbp
    /globalbp_uk_english/reports_and_publications/statistical_energy_review_2011/STAGING/local_assets
    /pdf/statistical_review_of_world_energy_full_report_2012.pdf (дата обращения 05.11.2012)
  2. Дитрик Пола. Независимость США от импорта нефти уже близка // Oil & Gas Journal. Russia. 2012. №7. С. 38 – 41.
  3. Иванов А.С. Современные тенденции на мировом энергетическом рынке и повышение эффективности российского экспорта энергоресурсов // Российская экономика: пути повышения конкурентоспособности. Коллективная монография. Под общей редакцией проф. А.В. Холопова. (МГИМО-ВР). М.: Журналист. 2009. С. 476 – 481.
  4. Капитонов С. Страхи волатильности. О тенденциях ценообразования на СПГ в Азиатско-Тихоокеанском регионе // Oil & Gas Journal. Russia. 2012. №4. С. 16 – 22.
  5. Матвеев И., Иванов А. Мировая энергетика на рубеже второго десятилетия нынешнего века // Energy Fresh. 2011. Сентябрь. С. 37 – 48.
  6. Матвеев И. Эффект «дикаплинга» и возобновляемая энергетика // Energy Fresh. 2012. Март. С. 44 – 49.
  7. Митрова Т. , Кулагин В. Японский урок // ТЭК. Стратегии развития. 2011. №2. С. 26 – 30.
  8. Сергеева У. Арктическое измерение // ТЭК. Стратегии развития. 2011. №7. С. 6 – 11.
  9. Хэ Чжун. Мир на пороге сланцевой революции // Китай. 2012. Сентябрь. С. 38 – 39.
  10. S. Chapman, A. Kosulnikov. Shale frontier, «Hydro­carbon Engineering», October 2012. P. 13 – 18.

References

  1. “BP Statistical Review of World Energy, June 2012”, [Electronic resource] URL: www.bp.com/assets/bp_internet/globalbp
    /globalbp_uk_english/reports_and_publications/statistical_energy_review_2011/STAGING/local_assets
    /pdf/statistical_review_of_world_energy_full_report_2012.pdf (addressing date: November 5, 2012)
  2. Ditrick Pola. US independence on oil import is already close // Oil & Gas Journal. Russia. 2012. №7. Pp. 38 – 41.
  3. A.S. Ivanov. Modern tendencies at the world energy market & export efficiency increasing of Russian energy resources// Russian economy: ways of competitiveness increasing. Collective monograph. Edited by professor A.V. Kholopov. (Mgimo-ВР). Мoscow: Journalist, 2009. Pp. 476 – 481.
  4. S. Kapitonov. Volatility fears. On tendencies of LPG price-forming in Asian-Pacific region // Oil & Gas Journal. Russia. 2012. №4. Pp. 16 – 22.
  5. I. Matveev, A. Ivanov. World energy at edge of the 2nd decade of this century // Energy Fresh. 2011. September. Pp. 37 – 48.
  6. I. Matveev. “Di-coupling” effect & renewable energy // Energy Fresh. 2012. Маrch. Pp. 44 – 49.
  7. T. Mitrova , V. Kulagin. Japanese lesson.// Fuel energy complex. 2011. №2. Pp. 26 – 30.
  8. U. Sergeeva. Arctic dimension-measuring. // Fuel energy complex. Development strategies. 2011. №7. Pp. 6 – 11.
  9. He Chzhung. World on threshold of shale revolution // China. 2012. September. Pp. 38 – 39.
  10. S. Chapman, A. Kosulnikov. Shale frontier, “Hydrocarbon Engineering”, October 2012. Pp. 13 – 18.

Комментарии посетителей сайта

    Функция комментирования доступна только для зарегистрированных пользователей


    Авторизация


    регистрация

    Иванов А.С.

    Иванов А.С.

    к.э.н., доцент, ученый секретарь

    Всероссийский научно-исследовательский конъюнктурный институт (ВНИКИ)

    Матвеев И.Е.

    Матвеев И.Е.

    к.э.н., заведующий отделом энергетических ресурсов и инновационной энергетики

    Всероссийский научно-исследовательский конъюнктурный институт (ВНИКИ)

    Просмотров статьи: 28670

    Rambler's Top100

    admin@burneft.ru